Храмы г. Чаплыгина

Чаплыгин. Николаевский храм в Зареченской слободе

Храм святителя Николая Чудотворца в Зареченской слободе

Адрес: Липецкая обл., г. Чаплыгин, ул. Школьная, д. 42

Храм святителя Николая Чудотворца в Зареченской слободе (По материалам книги: «Храмы и монастыри Липецкой и Елецкой епархии. Чаплыгинский район. Лев-Толстовский район / А.Ю. Клоков, А.А. Найдёнов — Липецк: Липецкое областное краеведческое общество, 2013. — 512 с.»):

Сохранившиеся архивные документы дают возможность пролить свет на историю строительства Николаевской церкви в Зареченской слободе, бывшем селе Заречье. Они гласят: «В 1846 г. раненбургский купец Михаил Иванович Букин подал прошение в Рязанскую духовную консисторию «о усердии и желании его выстроить» в Зареченской слободе Раненбурга каменную церковь во имя святителя и чудотворца Николая, на что обещал он пожертвовать «к сооружению собственной его суммы 10 000 руб. ассигнациями». В свою очередь 9 января 1846 г. жители «Раненбургского уезда Ломовской волости Крючковскаго сельскаго общества Подгородной слободы государственные крестьяне, быв мы на мирском сходе и где с общаго нашего согласия полажили желанье способствовать в построении каменнаго храма в Подгородней Заречинской слободе Господину Раненбургскому Купцу Михаиле Иванову Букину, обещавшему употребить на постройку собственнаго капитала до 2 850 рублей серебром. Согласны мы с своей стороны пожертвовать, во-первых — место среди слободы нашей под церковь и кладбище, во-вторых — узаконенную препорцию земли под усадьбу церковнослужителям — 3 десятины напротив церковнаго места из числа выгона и третьих — узаконенную препорцию земли под один штат — тридцать три десятины пахотной земли …, не более от селения нашего как в одной версте, в чём и составили сей приговор…» 138 домохозяев.

Консисторией было проведено «дознание», в результате которого подтвердилось, что жители подгородной слободы, высказав благодарность Букину, поддержали его прошение, заявив, что имеют большие трудности при переправе во время весеннего разлива через Становую Рясу и не могут к себе пригласить священника, а в городских храмах им не хватает места: приходится даже в непогоду стоять на улице. Они обещали отвести под строительство церкви самое высокое место, на свой счёт переселить стоящие там дома, отвести для причта положенное количество пашенной и луговой земли, при построении храма принимать посильное участие, особенно в перевозке материалов и кузнечной работе, церковь обещали снабдить необходимой для службы утварью, соорудить иконостас и приобрести не менее пяти колоколов весом 25, 15, 7, 3 и 2 пуда.

Из жителей слобод за переход в приход новой церкви высказалось 175 дворов, из них купеческих 4 и в них душ мужского пола 25; мещанских 21 двор и в них 53 души мужского пола; государственных крестьян 150 дворов и в них 516 душ. А всего 594 души мужского пола. При отчислении этого количества душ в новый приход в соборном Троицком храме Раненбурга должно было остаться 1 377 душ, а в Вознесенском — 1215 душ. 26 марта 1846 г. крестьяне Крючковской слободы составили приговор об отведении земли для причта будущей зареченской церкви. Предполагалось, что штат его будет состоять из священника, дьячка и пономаря.

Консистория после проведения «дознания» обратилась в Рязанскую палату государственных имуществ: нет ли препятствий к сооружению храма? 28 марта Раненбургское окружное управление государственных имуществ сообщило Палате, что препятствий к построению церкви не имеется, и 5 апреля т.г. Палата согласовала строительство. Однако процесс остальных согласований продолжался до декабря 1846 г. и только 23 декабря т.г. Рязанская духовная консистория дозволила купцу М.И. Букину построить в Зареченской слободе новый храм.

8 февраля 1847 г. проект храма утверждён рязанским архипастырем, а 13 марта 1847 г. в Святейший Синод поступило доношение архиепископа Рязанского Гавриила (Городкова) о разрешении на постройку в подгородной слободе близ г. Раненбург каменной церкви по прошению купца 3-ей гильдии Михаила Букина с приложением чертежей. По рассмотрении члены Св. Синода постановили передать данные чертежи в канцелярию для отсылки в Главное управление Путей сообщения и публичных зданий для рассмотрения.

28 апреля 1847 г. проект на постройку каменной церкви в Подгорной слободе г. Раненбург был отправлен на имя главноуправляющего ПСиПЗ.

После рассмотрения документов о постройке храма в департаменте проектов и смет Главноуправляющий ПСиПЗ 16 июня 1847 г. направил на имя обер-прокурора Св. Синода следующее отношение: «Возвращая проект на постройку каменной церкви во имя Святителя и Чудотворца Николая в Подгорной слободе близ г. Раненбурга Рязанской губернии, имею честь уведомить, что к возведению церкви по сему проекту, который во всем согласен с изданным профессором архитектуры Тоном и Высочайше одобренным образцовым чертежом, препятствий не встречается».

Уже через несколько дней, 28 июня, обер-прокурор Св. Синода граф Н.А. Протасов вынес на заседание Св. Синода вопрос об окончательном рассмотрении дела по прошению архиепископа Рязанского. В итоге, определением Св. Синода от 4/20 июля 1847 г. раненбургскому купцу 3-ей гильдии Михаилу Ивановичу Букину было разрешено построить в Подгорной слободе г. Раненбург каменную церковь по приложенному к прошению проекту. Кроме того, после сооружения храма при нём разрешалось учреждение отдельного прихода и одного комплекта священно- и церковнослужителей. Об этом и послан Преосвященному Рязанскому Гавриилу указ от 23 июля 1847 г. с приложением упомянутого проекта.

Таким образом, официальным путём всего за четыре месяца было получено разрешение на строительство храма. Такая довольно необычная скорость решения вопроса объясняется, возможно, тем, что проект Николаевского храма в Зареченской слободе Раненбурга был взят из альбома «образцовых проектов» знаменитого русского зодчего К.А. Тона. Поэтому никаких особых вопросов у чиновников ГУ ПСиПЗ к указанному проекту и не возникло.

Весной 1848 г. началась подготовка места строительства и заготовка материалов. А 12 сентября т.г. по окончании Божественной литургии из Троицкого собора к месту построения храма был устроен крестный ход, после чего отслужен молебен Святителю и Чудотворцу Николаю. «По совершению водосвятия, по чиноположению и заложен был … храм во имя Святителя Николая. И с того времени началась работа и производилась до половины сентября месяца, и стены церкви складены сверх земли на два аршина с половиною», — доложил возглавлявший закладку храма соборный иерей Иоанн Кротков. Подрядчиком работ выступил раненбургский купец Иван Тулин.

Желая внести посильную лепту в постройку храма, крестьяне Зареченской слободы употребили на его строительство доход от сдачи в аренду на 12 лет 20 дес. земли, называемой «Остров», по 179 руб. серебром в год.

В мае 1849 г. приход запросил сборную книгу для пожертвований на имя Андриана Иванова Букина — брата главного жертвователя и инициатора строительства. Книга была выдана 3 мая на год.

24 августа 1850 г. завершились работы по сооружению купола. 27 апреля 1851 г. окончена была кладка церкви и велась подготовка к сооружению кровли на здании. А летом 1851 г., 26 июля, постройка храма вчерне окончена, строение покрыто железом, главы над алтарём и колокольней со шпилем были также покрыты железом и кресты поставлены.

Летом 1852 г. здание церкви штукатурили и настилали в ней полы. По сведениям на 20 октября 1852 г., храм внутри был уже оштукатурен, в нём устроены полы, вставлены рамы и двери.

В январе 1853 г. отделка храма была завершена, о чём прихожане доложили епархиальному начальству. В мае т.г. М.И. Букин отправил в Консисторию на согласование проект иконостаса, который собирался выполнить на собственные средства. В июле прихожане ходатайствовали о назначении священником в будущий храм окончившего Рязанскую духовную семинарию Ивана Левитова. К мнению прихожан присоединился и храмоздатель М.И. Букин. В конце 1853 г. иконостас был устроен и храм снабжён иконами. Параллельно решался вопрос об отводе земли причту, которая и отмежёвана в мае 1854 г. в количестве 34 1/2 дес. пашни. Земля находилась в 202 саж. от церкви, одной стороной прилегала к Козловской дороге, а другой к рубежу государственных крестьян с. Юсово.

23 мая 1854 г. на сходе с участием 111 домохозяев Зареченской слободы было решено просить сборную книгу на имя Андрея Лаврентьева Зацепина и Парфёна Иванова Костина для пожертвований на закупку церковной утвари и колоколов. В августе 1854 г. выдана сборная книга, а в сентябре благочинный доложил в Консисторию, что колокольня окончена строительством, но нет на ней колоколов и не закуплена ещё церковная утварь. Лишь в октябре строитель храма купец Букин приобрёл необходимую церковную утварь, богослужебные книги и священническое облачение. Тогда же причту было выделено два усадебных места рядом с храмом: размер одного участка 8×70 саж., второго — 25×40 саж.

23 ноября 1854 г. храмоздатель М.И. Букин подал священноначалию прошение об освящении новопостроенного храма Зареченской слободы. К прошению прилагалась опись, подтверждающая готовность храма: «I. Храм построен каменный, одноэтажный.

1. Глава на нём одна, деревянная, обитая железом.

2. Крест на главе сделан из дерева и обит белою жестью.

3. В куполе окон шестнадцать.

4. В самом храме восемь окон и два окна полукруглые над южными и северными боковыми дверьми.

5. Долгота внутри храма от царских врат простирается на 26 1/2 аршин, и широта между боковыми дверьми 12 аршин 10 вершков.

6. Пол деревянный выкрашенный.

II. Колокольня.

1. Нераздельно с храмом построена колокольня каменная в три яруса.

2. Крест и шпиль на ней деревянные, обитые белою жестью.

3. Колоколов на ней четыре: первый весу 29 пудов и 16 фунтов. Второй весу 9 пудов 28 фунтов. Третий весу 1 пуд 8 фунтов. Четвёртый весу 31 фунт.

4. Крыша на колокольне и храме железная, выкрашенная медянкою, храм внутри оштукатурен.

III. Иконостас.

Иконостас из соснового дерева, окрашенный голубою краскою и украшенный по карнизам и другим местам позолотою. Он состоит из двух ярусов. В нижнем ярусе находятся царские врата резные, позлащённые, шесть местных икон и южные и северные двери по краям позлащённые.

IV. Иконы.

А). На царских вратах шесть икон…

В). В нижнем ярусе иконостаса иконы местные.

По правую сторону царских врат: 1. Икона Спасителя. 2. На южных дверях Архистратига Михаил. 3. Икона Святителя Николая Чудотворца и 4. Икона Святых мучеников Феодора и Михаила Черниговских.

По левую сторону: 1. Икона Божией Матери. 2. На северных дверях икона Святых мучеников Адриана и Натальи. 3. Икона Иоанна Крестителя и 4. Св. мученицы Анисии.

С). В верхнем ярусе: над царскими икона Господа Саваофа; по правую сторону оной: 1. Икона Святого пророка царя Давида. 2. Св. пророка Исаии. 3. Св. пророка Даниила и 4. Св. пророка Иеремии.

По левую сторону оной 1. Икона Святого пророка Моисея, 2. Св. пророка Иоиля, 3. Св. пророка Аввакума и 4. Св. пророка Софония.

Д). Между верхним и нижним ярусами находятся небольшого размера следующие иконы: над царскими вратами икона Тайной Вечери Господа Иисуса Христа с Апостолами, по правую сторону оной: 1. Икона Св. Петра и Алексия митрополитов Московских. 2. Св. Ионы и Филиппа митрополитов Московских. 3. Икона Св. Епископа Спиридона и Св. Митрофания, епископа Воронежского и 4. Икона Св. Димитрия и Иннокентия. По левую сторону оной: 1. Икона Св. Василия Великого и Николая Чудотворца. 2. Св. Иоанна Златоустаго и Григория Богослова. 3. Святых Александра и Иоанна патриархов Константина града и 4. Св. патриархов Павла и Геннадия. Вверху иконостаса образ распятия на кресте Господа нашего Иисуса Христа.

Иконы, находящиеся в алтаре: 1. Запрестольный крест Господень, по краям позлащённый, 2. Икона Божией Матери. 3. Икона Божией Матери в киоте и 4. Плащаница.

Иконы вне алтаря, находящиеся на клиросах и стенах храма: 1. Икона Спасителя в терновом венце. 2. Икона Спасителя в киоте позлащённой. 3. Николая чудотворца в окладе апликс. 4. Икона Св. Митрофания Воронежского в киоте. 5. Воскресения Христова в киоте и 6. Икона Св. Флора и Лавра.

V. Алтарь. Внутри алтаря долгота простирается на 7 аршин и 10 вершков, а широта на 9 аршин и 2 вершка. В алтаре устроены: престол святый…, жертвенник …

VI. Церковная утварь. 1. Потир серебряновызлащенный 84 пробы, весу в нём 127 1/2 золотников.

2. Дискос серебряновызлащенный 84 пробы, весу в нём 40 золотников.

3. Звездница серебряновызлащенная 84 пробы, весу в ней 18 золотников.

4. Две тарелки для жертвенника серебряновызлащенные 84 пробы, весу в них 37 золотников.

5. Лжица серебряновызлащенная 84 пробы, весу в ней 8 золотников.

6. Ковш для теплоты серебряновызлащенный 84 пробы, весу в нём 25 золотников.

7. Крест серебряновызлащенный 84 пробы, внутри деревянный, весу в нём 93 золотника.

8. Крест медный посеребрённый.

9. Люстра посреди храма отбеленной меди.

10. Паникадил шесть отбеленной меди пред местными иконами …

17. Дароносица со всеми принадлежностями серебряновызлащенная…» Книг богослужебных 15 томов.

Отметим, что на строительство Николаевского храма прихожане собрали 1 030 руб. 82 коп. серебром. Купцом-храмоздателем М.И. Букиным при этом потрачено 10 000 руб. серебром вместо обещанных 10 000 руб. ассигнациями!

2 апреля 1855 г. раненбургский окружной начальник сообщил в Рязанскую палату государственных имуществ об окончании постройки храма в Зареченской слободе. Та, в свою очередь, просила губернатора направить в Раненбург архитектора Рязанской губернской дорожной и строительной комиссии для освидетельствования новопостроенной церкви. Дело это было поручено архитектору Щепкину, который в сентябре 1855 г. докладывал в губернскую строительную и дорожную комиссию, что «… церковь окончена совершенно, внутри оштукатурена и устроен иконостас, каменные работы проведены в самом простом и не тщательном виде и к стороне алтаря замечены небольшие трещины; три поперечных железных связи в арках лопнули и соединены нагнанными кольцами… Трещин в сводах не замечено, потому что своды закрыты штукатуркой… Равномерно нельзя представить и положительного ручательства за надлежащую прочность, с которой должны возводиться церковные здания, предназначенные к многолетнему существованию…»

Вскоре Ломовское волостное правление донесло в Рязанскую палату государственных имуществ, что «неисправности во вновь выстроенной Зареченской церкви в настоящее время приведены в надлежащий порядок и по исправлении при Богослужении опасностей не предстоит».

После этого из Рязанской духовной консистории 24 ноября дан был указ о выдаче антиминса. А 24 ноября 1855 г. строителем подано прошение об освящении храма 6 декабря в день празднования святителя и чудотворца Николая. Прошение последовало также от прихожан и священника новой церкви Александра Доброхотова. По резолюции архиепископа Рязанского Гавриила (Городкова) Николаевский храм освящён 6 декабря 1855 г. соборным священником Михаилом Левитовым.

Когда же встал вопрос о награждении купца М.И. Букина, то выяснилось, что на строительство и украшение храма он потратил 15 тыс. руб. серебром. До этого им же пожертвовано было в соборную Троицкую и в Успенскую кладбищенскую церкви г. Раненбург и Петропавловскую пустынь в разное время на 12 тыс. руб. серебром. В Москве же М.И. Букин был благотворителем и почётным блюстителем начальных училищ и, проживая в Москве в Пятницкой части 1-го квартала в собственном доме, с 1853 г. состоял церковным старостой при церкви Св. Николая Заицкаго. В итоге за строительство им церкви в Зареченской слободе Консистория ходатайствовала перед Св. Синодом о пожаловании М.И. Букина ещё одной золотой медалью на Александровской ленте. До того он награждён был духовным ведомством двумя золотыми медалями для ношения на шее на Аннинской и Владимирской лентах.

Однако вопрос о неисправностях в новопостроенном храме Зареченской слободы не был закрыт окончательно. По-видимому, желание скорее освятить церковь и начать в ней Богослужения было столь велико, что неисправности в храме исправили лишь на бумаге. В результате 24 июля 1856 г. Рязанская палата государственных имуществ выдала предписание об устранении недоделок. Вследствие этого прихожане были вынуждены провести работы по исправлению «небольших трещин в стенах алтаря». Кроме того, «некоторая часть кирпичей вынута и введены новые. Что же касается до трёх лопнувших поперечных связей в арках, которые ежели нужно переменить, то нужно более половины церкви разбирать и церковь на это не имеет денежных средств. Означенные связи в настоящее время соединены нагнанными железными кольцами и в стенах, в которые они вделаны, трещин нигде не видно, что служит некоторым подтверждениям показаниям прихожан, что эти связи порваны упавшими лесами во время стройки церкви, а не от того, чтобы несколько падались стены церкви…»

После этого Рязанская палата государственных имуществ вновь выпустила предписание за №16894 от 20 октября 1856 г. о проведении нового комиссионного освидетельствования здания Николаевской церкви в Зареченской слободе Раненбурга. Прибывшие 9 января 1857 г. в Заречье раненбургский окружной начальник Засс, гражданский архитектор палаты государственных имуществ Лозинский и соборный благочинный Левитов нашли, что «… постройка церкви и колокольни произведена правильно с достаточной прочностью и материал употреблён удовлетворительного качества, что же касается до сходства постройки с проектом, то об этом судить нельзя за потерею проекта».

После этого Николаевский храм продолжил свою деятельность на радость жителям Зареченской слободы. Прихожан у него по сведения клировой ведомости 1861 г. насчитывалось 730 мужчин и 743 женщины, проживающих в 178 дворах.

При учреждении прихода штат Николаевского храма составляли священник, дьячок и пономарь, с 1873 г. — священник и псаломщик. Священно- и церковнослужители пользовались 35 1/2 дес. пахотной земли, ещё полдесятины усадебной земли состояло под самим храмом, полдесятины под приходским кладбищем. Постоянного оклада члены причта не получали, а содержание — «довольно не худое» — имели за счёт поступлений от прихожан, а также процентов с государственного билета в 150 руб., пожертвованного в 1859 г. купцом Распоповым и билета Раненбургского общественного банка в 150 руб., пожертвованного в 1878 г. священником Синайским «на вечное время для поминовения их и родственников их».

В 1870 г. при Николаевской церкви открыто церковно-приходское попечительство, которое приняло решение о распространении трапезной части церкви с устройством в ней двух придельных алтарей. В том же году начались работы, а в следующем, 1875 г., благочинным, соборным протоиереем Николаем Садовниковым освящён правый придел в честь Архистратига Божия Михаила, в 1880 г. — левый придел в честь Святой Троицы. В 1880 г. возобновлён иконостас главного алтаря и стены в храмовой части.

В 1895 г. причту и церковному старосте Николаевской церкви Зареченской слободы крестьянину Петру Ивановичу Гольцову епархиальным начальством было разрешено приобрести новый колокол на храмовую звонницу весом в 100 пудов.

В начале XX в. приход Никольского храма состоял из жителей Зареченской слободы Раненбурга — 773 мужчин и 742 женщин, проживавших в 248 дворах.

Согласно описи из страховой оценки 1910 г., Никольская церковь «Зареченской города Раненбурга слободы — каменная, крыта железом, окрашенным медянкой. Длина церкви, считая с колокольнею, 15 саж., ширина 10 саж., высота до карниза 6 саженей. На церкви имеется одна большая глава, а на приделах — две малые. Больших окон в настоящей и в приделах 26, дверей наружных деревянных, обитых железом 3… Иконостас в настоящей длиною 13 1/4 арш., высотою 8 арш., оценён в 3 000 руб., а иконостасы в приделах длиною 9 арш., высотою 6 арш., оценены в 6 000 руб. Церковь отапливается 4-мя простыми печами. Колокольня в два яруса, на втором ярусе висят 4 колокола, оценённые в 2 тысячи руб. Ближайшие к церкви с западной и восточной сторон в 20 саженях постройки крестьян, а с южной стороны — земская школа в 10 саженях. Оценена церковь вместе с иконостасом и колокольнею в 25 тысяч рублей… Церковь построена в 1855 году, а приделы в 1874 году … Окружена каменной с железными решётками оградой». В том же 1910 г. прихожане Зареченской слободы подали прошение «переменить разбитый колокол весом 50 пудов на новый весом до 70 пудов».

В притворах колокольни помещалась караулка и церковно-приходская школа, открытая в 1885 г. По данным 1892 г., в ней обучалось 35 мальчиков и 4 девочки. По сведениям 1902 г., в одноклассной школе при Никольской церкви обучалось 16 мальчиков и 6 девочек. Кроме законоучителя в ней работало 2 педагога.

Законоучителем церковно-приходской школы Зареченской слободы долгое время состоял настоятель Никольского храма Иоанн Елисеевич Киструсский, прослуживший на этом месте более 30 лет. По окончании в 1876 г. Рязанской духовной семинарии он был назначен на должность младшего учителя Путятинского двухклассного училища в Сапожковском уезде. В 1877 г. переведён на должность учителя в Данковское духовное училище. В т.г. рукоположен в диакона к Вознесенскому храму г. Раненбург, а в 1879 г. — в священника к церкви с. Желчино Рязанского у. В 1883 г. о. Иоанн переведён к Никольской церкви г. Раненбург. Состоя в этой должности, он в 1884-1897 гг. и 1903-1915 гг. исполнял обязанности законоучителя в Раненбургском женском училище, а в 1885-1897 гг. и 1907-1915 гг. — в местной земской школе, в 1892-1895 гг. — помощника благочинного, в 1895-1906 гг. и 1909-1910 гг. — члена от духовенства Правления Раненбургского духовного училища, в 1907-1909 гг. — депутата училищных съездов. В 1888 г. о. Иоанн Киструсский был назначен членом Раненбургского уездного отделения епархиального училищного совета по развитию и благоустроению церковно-приходских школ.

За свою многолетнюю и многополезную деятельность о. Иоанн Киструсский был награждён многими епархиальными и общецерковными наградами: в 1889 г. — набедренником «за особое усердие в преподавании Закона Божия в Зареченской церковно-приходской школе и достижение учениками весьма хороших успехов», в 1895 г. — благословением Св. Синода, в 1898 г. — скуфьей, 1899 г. — архипастырским благословением со внесением в формулярный список «за усердную и полезную деятельность в местной школе», в 1903 г. — камилавкой, в 1909 г. — наперсным крестом, в 1912 г. — орденом св. Анны III степени, в 1915 г. — благословением Св. Синода с выдачей грамоты. Отметим ещё, что священник Иоанн Киструсский был отцом будущего епископа Раненбургского Иоанна (Киструсского), которому пришлось служить в Зареченском храме уже в советское время.

А 29 апреля 1922 г. под предлогом борьбы с голодом из Никольского храма Зареченской слободы были изъяты 3 культовых предмета из серебра общим весом 1 фунт 93 золотника.

В 1926 г. Николаевский храм стал местом служения и, как он сам говорил, «кафедрой» епископа Иоанна (Киструсского), в том же году поддержавшего церковное движение митрополита Григория (Яцковского). Вместе с епископом Иоанном в храме Зареченской слободы стали служить несколько бывших насельников Петропавловской пустыни: иеромонах Иеремия (Пименов), иеродиакон Серафим (Брыксин), монахи Феофилакт (Матросов) и Иаков (Тулинов). Постепенно в Заречье вокруг Николаевского храма сложилась некая неофициальная монашеская община, в которой, по признанию самого епископа Иоанна, по его благословению схииеромонахом Василием и иеромонахом Иеремией совершались тайные монашеские постриги.

В марте 1936 г. митрополит Иоанн (Киструсский), архимандрит Иеремия (Пименов) и архидиакон Серафим (Брыксин) были арестованы вместе с другими священно- и церковнослужителями Раненбурга и окрестных селений. Всего по сфабрикованному делу о церковно-фашистской организации в слободе Заречье, созданной в 1934-1935 гг., было арестовано 43 человека, в том числе и члены причта и церковного совета самой Николаевской церкви: монахи Феофилакт и Иаков, псаломщик Константин Федотович Царьков, председатель церковного совета Иван Фёдорович Костин, казначей церкви Михаил Степанович Росляков, регент церковного хора Яков Ильич Миляев, член церковного совета Мария Федотовна Костина, певчий церкви Алексей Степанович Нечаев.

Всех их обвиняли в антисоветской деятельности, а «руководителей» организации во главе с митрополитом Иоанном ещё и в том, что под видом спевок церковного хора раз в неделю они проводили собрания, целью которых являлась «борьба с советской властью для свержения её и установления фашистского режима». Центром заговора стала церковная сторожка, «где участниками организации проводилась активная контрреволюционная агитация среди крестьян, посещавших церковь…» Один из «руководителей» организации — архидиакон Серафим (Брыксин) — по мнению следователей, ещё и проводил контрреволюционную работу среди населения в специально оборудованной монашеской келье, расположенной в здании церкви. Там же «была установлена деревянная статуя Христа, облаченная в ризу».

Но желание следователей НКВД собрать в одну «церковно-фашистскую» организацию всех оставшихся «на виду» церковников было, по-видимому, столь велико, что они даже не удосужились принять во внимание такую серьёзную проблему того времени, как взаимоотношение разных течений в среде духовенства. Потому-то часть арестованных священнослужителей открыто заявили на допросах, что никогда не состояли с митрополитом Иоанном в одной организации, да и не могли состоять по той лишь причине, что принадлежали к Московскому Патриархату, а Владыка возглавлял григорианскую епархию. Впрочем, в 1936 г. это уже мало кого волновало. Поэтому в октябре т.г. практически все арестованные по этому делу получили различные сроки наказания — от 5 лет исправительно-трудовых лагерей до ссылки в Казахстан на 3 года. Митрополит Иоанн (Киструский), как уже отмечалось выше, получил 3 года лагерей.

Вскоре после ареста священнослужителей Зареченской церкви храм был закрыт. После этого в ней долгие годы находился склад Юсовского отделения совхоза «Раненбургский».

В 1945 г., на волне патриотического и духовного подъёма, вызванного изменением отношения советского государства к Русской Православной Церкви, жители Зареченской слободы предприняли попытку вернуть Николаевский храм и направили соответствующие письма. Однако прошение их было отклонено, а на жалобу по этому поводу власти ответили Решением исполнительного комитета Рязанского областного Совета депутатов трудящихся №427 от 15 мая 1945 г. В нём говорилось: «Учитывая, что церковь с. Заречье Раненбургского района, об открытии которой ходатайствуют верующие, находится в четырёх километрах от действующей церкви с. Кривополянье … Исполнительный комитет Рязанского областного Совета депутатов трудящихся решил: жалобу… оставить без удовлетворения».

Прошло более 60 лет, и вот в 2005 г. вокруг полуразрушенных стен Николаевского храма выросли леса, а в самом храме начались восстановительные работы. На Рождество Христово 2006 г. в зареченской церкви прошло первое Богослужение. С тех пор «силами верующих и жертвователей выполнена часть работ по внешней отделке, в трапезной вновь сделаны стены и потолки, вставлены окна и двери. Кроме того, в двух малых алтарях были установлены иконостасы и один из алтарей полностью оборудован для совершения Богослужений, а также закуплена необходимая утварь. Увенчал храм купол, когда-то полностью разрушенный. Конечно, сделать предстоит еще очень многое, но, тем не менее, в храме постоянно проходят службы, и значит, теплится здесь искра Божия, осеняя верующих своей благодатью».

Posted in Храмы г. Чаплыгина | Tagged , , , | Leave a comment

Чаплыгин. Часовня на городском кладбище

Часовня в честь иконы Божией Матери «Спорительница хлебов»

Адрес: Липецкая обл., г. Чаплыгин (на городском кладбище)

Часовня на городском кладбище (По материалам книги: «Храмы и монастыри Липецкой и Елецкой епархии. Чаплыгинский район. Лев-Толстовский район / А.Ю. Клоков, А.А. Найдёнов — Липецк: Липецкое областное краеведческое общество, 2013. — 512 с.»):

Деревянная часовня на новом городском кладбище построена в 2011 г. и освящена 30 октября т.г. архиепископом Липецким и Елецким Никоном (Васиным) в сослужении духовенства в честь иконы Божией Матери «Спорительница хлебов». Теперь каждый православный христианин может отслужить панихиду за своих усопших близких в непосредственной близости от места их упокоения.

Posted in Храмы г. Чаплыгина | Tagged , , , | Leave a comment

Чаплыгин. Успенский храм

Фото 03.07.2013:

Храм Успения Пресвятой Богородицы

Адрес: Липецкая обл., г. Чаплыгин, ул. Пушкина (на кладбище)

Храм Успения Пресвятой Богородицы (По материалам книги: «Храмы и монастыри Липецкой и Елецкой епархии. Чаплыгинский район. Лев-Толстовский район / А.Ю. Клоков, А.А. Найдёнов — Липецк: Липецкое областное краеведческое общество, 2013. — 512 с.»):

Строительство Успенского храма в Раненбурге напрямую связано с последствиями указа 1772 г. императрицы Екатерины II о запрете хоронить умерших при городских церквях и отведении для этого специальных кладбищ за пределами населённых пунктов. Новые положения были закреплены во «Врачебном уставе», согласно которому кладбища должны были устраиваться в городах на расстоянии не менее 100 саж. (213 м) от последнего жилья, в деревнях — на расстоянии не менее полуверсты (250 саж.).

В 1780-х гг. в новоучреждённом уездном городе Раненбург кладбище было устроено на его северной окраине. А в 1787 г. по прошению священника Архангельской церкви Архипа Иродионова была построена «… на отведённом кладбище деревянная небольшая церковь Успения Божия Матери».

Успенская кладбищенская церковь упомянута в 1802 г. при описании Крючковской слободы Раненбурга: «На выгоне состоит церковь деревянная Пресвятой Богородицы, при которой кладбище того города с слободами».

В источнике 1825 г. храм упомянут как малый и ветхий, без причта и прихода.

Вместо деревянного храма в 1831 г. на средства жителей Раненбурга была построена и освящена каменная бесприходная Успенская церковь с такой же колокольней. При этом старый деревянный храм по указу Рязанской духовной консистории был разобран.

Первоначально Успенская кладбищенская церковь числилась приписной к Троицкому собору и причта своего не имела. Богослужения в ней проводили, в основном, соборные священно- и церковнослужители, иногда — духовенство из Вознесенского храма. Лишь в 1863 г. при церкви был учреждён собственный штат священно- и церковнослужителей в составе священника и пономаря, с 1873 г. — священника и псаломщика.

Земли под Успенской церковью и кладбищем состояло 4 1/2 дес, пашенной земли у причта не было. Священно- и церковнослужители храма оклада не получали, а содержание имели поступлениями от процентов по кредитным билетам, пожертвованным в разное время жителями Раненбурга. К примеру, в 1879 г. раненбургский купец Евграф Григорьев пожертвовал храму 100 руб., в 1890 г. по духовному завещанию мещанской девицы Марфы Петровой передана в пользу причта Успенского храма облигация трёхпроцентного восточного займа в 100 руб., а статским советником Аполлоном Вечесловым — билет Рязанского отделения Государственного банка от 1 мая 1889 г. в 50 руб., в 1891 г. мещанка Анна Петрова пожертвовала кладбищенской церкви 100 руб.

При Успенском храме уже в документах 1835 г. значится действующая богадельня в деревянном здании, где призревалось 10 человек и которая содержалась «доброхотным подаянием граждан». В 1850 г. кроме здания богадельни при Успенском храме упоминается каменная палатка для выноса усопших, а на 10 человек, крытая железом. В отчёте соборного протоиерея Михаила Левитова за 1864 г. упомянута «богадельня деревянная и каменная усыпальница для выноса умерших странников и безприютных». В клировых ведомостях 1880 г. и последующих значится каменная часовня-усыпальница.

По сведениям на 1890 г. в богадельне при Успенской церкви в деревянном оштукатуренном здании, построенном на средства раненбургского купца Тулинова, содержались 7 лиц женского пола на проценты с капитала в 1 000 руб, положенных раненбургским купцом Феодосием Васильевичем Никитиным «на вечное время» в Раненбургский общественный банк под 7%, и «доброхотными подаяниями граждан». Заведовало богадельней Попечительство о бедных при Раненбургской городской управе.

С 1872 г. по 1902 г. в должности старосты Успенской кладбищенской церкви г. Раненбург состоял купец 2-ой гильдии Василий Иванович Иловайский. Его многолетняя, усердная и полезная деятельность столь впечатлила граждан, что по увольнению его от должности по собственному прошению вследствие болезни Раненбургская городская дума в заседании своем 28 мая 1902 г. обратилась к рязанскому губернатору с ходатайством о присвоении В.И. Иловайскому звания почётного гражданина города Раненбурга.

Сохранившееся в архиве свидетельство священника Успенской церкви наглядно иллюстрирует его плодотворное служение в должности старосты храма. Так, при вступлении в должность В.И. Иловайский нашёл в церковном ящике лишь несколько рублей, но сразу же приступил к ремонту храма. Прежде всего, были оштукатурены стены, заменены деревянные рамы в окнах, сделаны новые полы в алтаре, затем были «вновь расписаны стены храма внутри с большим вкусом взамен прежней стенной живописи грубой работы». Заботясь о благолепии храма, купец Иловайский подарил в церковь серебряную вызолоченную дарохранительницу стоимостью 450 руб., а на две иконы — Успения Божией Матери и Боголюбской Божией Матери — сделал на пожертвования раненбуржцев при большей части собственного участи серебряные вызолоченные ризы стоимостью 2 300 и 1 200 руб. соответственно. Также старостой Иловайским на собственные средства в сумме 1 200 руб. были приобретены новая плащаница и хоругви, устроены семь риз на иконы на царских вратах, все подсвечники и люстра высеребрены. Кроме того, его трудами вызолочены иконостас и царские врата с колоннами, положены серебряные вызолоченные ризы на местные иконы Спасителя и Божией Матери. В 1875 г. церковный староста купец В.И. Иловайский пожертвовал 602 руб. 19 коп. на устройство каменной ограды вокруг Успенского храма. Вскоре ограда была устроена из кирпича с трёх сторон, а с четвертой стороны вырыта канава, обсаженная деревьями. Деревянные решётки между столбами ограды позднее трудами В.И. Иловайского при участии добровольных жертвователей были заменены на железные. Заботами и жертвой старосты при Успенском кладбище был разведён фруктовый сад, в котором насчитывалось около 400 плодовых деревьев.

За свои заслуги «по духовному ведомству» староста Успенской кладбищенской церкви Василий Иванович Иловайский в 1876 г. был удостоен благословения Святейшего Синода с выдачей грамоты, в 1883 г. Всемилостивейше пожалован серебряной медалью на Станиславской ленте для ношения на шее, в 1893 г. пожалован такой же медалью на Аннинской ленте для ношения на шее, а в 1902 г. представлен к награждению золотой медалью на Станиславской ленте. В результате вышеуказанного ходатайства, поддержанного рязанским губернатором, государь император Николай Александрович 2 января 1903 г. «всемилостивейше соизволил на присвоение купцу Василию Иловайскому звания почётного гражданина города Раненбурга».

Избранному в 1903 г. на место церковного старосты после В.И. Иловайского раненбургскому купцу Петру Петровичу Грудинину тоже пришлось потрудиться на ниве благоукрашения Успенской церкви — в т.г. были оштукатурены наружные стены храма и исправлена кровля на колокольне с употреблением на это 1 000 руб. из специальных церковных сумм на ремонт.

По описанию из страховой оценки 1910 г., «Успенская кладбищенская церковь — кирпичная, снаружи и внутри оштукатурена, причём внутри окрашена масляною краскою и украшена стенною живописью, а снаружи обелена. Церковь и колокольня покрыты железом, окрашенным зелёною краскою. Длина церкви, считая и колокольню 11 1/3 саж., наибольшая ширина церкви 15 1/3 саж., на церкви имеется одна главка. Больших окон в нижнем ряду 10 шт., в верхнем ряду полукруглых 6 шт., во всех окнах двойные рамы. Дверей наружных двустворчатых 5 шт. Иконостас длиною 13 арш. (оценён в 3 500 руб.), высотою иконостас 10 арш. Церковь тёплая, отапливается двумя печами, из них одна изразцовая. Колокольня в три яруса, вышиною до карниза 8 саж. Ближайшая к церкви чужая постройка — городская богадельня, кирпичная, крыта железом, находится с юго-западной стороны на расстоянии 25 саж. от колокольни, здание богадельни одноэтажное. Кладбищенская церковь и колокольня построены в 1831 году… В колокольне устроена церковная сторожка, в ней одно окно и одна дверь, выходящая в притвор. Оценена вместе с иконостасом и колокольнею в 30 000 руб.»

28 июня 1912 г. Успенский храм на городском кладбище осмотрел Преосвященный Димитрий (Сперовский), епископ Рязанский и Зарайский. Церковь им была найдена «небольшой, но тёплой и довольно чистенькой. Пел хор певчих, хотя и небольшой». Собравшимся в храме жителям Раненбурга Владыка Димитрий рассказал притчу о любостяжательном богаче и поучал не пристращаться к богатству и чаще думать о смерти. «Воспоминание о смерти, — говорил Владыка, — самое первое условие нашего спасения. Не забывай и помни последняя твоя и во веки не согрешиши».

На Успенском городском кладбище нашли свой последний приют представители многих родов раненбургского купечества и духовенства. К сожалению, подавляющее большинство надгробий с их могил «не пережило» советскую эпоху. А начинала своё наступление на городское кладбище богоборческая власть в апреле-мае 1922 г., когда 11 апреля т.г. из Успенской церкви было изъято церковных ценностей весом 42 фунта серебра, а всего за время кампании из кладбищенского храма изъято 12 предметов серебряной утвари общим весом 1 пуд 13 фунтов 33 золотника.

По сведениям 1929 г., в церкви находилась часть имущества «ликвидированного Петропавловского монастыря: 1. Икона (Казанская Божия матерь) серебряная. 2. Икона (Успение Божией Матери) серебряная. 3. Крест серебряный. 4. Потир серебряный. 5. Дискос серебряный. 6. Звездница серебряная. 7. Лжица серебряная. 8. Тарелок серебряных — 2. 9. Ковшик серебряный. 10. Кресты медные — 2. 11. Подсвечник большой — 1 — 30 кг. 12. Подсвечник средний — 1 — 15 кг. 13. Семисвечник — 50 кг. 14. Канунница медная — 10 кг. 15. Парча новая … 25 м».

В 1929 г. из Успенской церкви изъято «негодное» и «излишнее» имущество из цветных металлов: «Имущество негодное: колокол разбитый 660 кг, колокол разбитый 40 кг, подсвечники — 3 по 30 кг. Излишне … колокол 560 кг».

12 января 1930 г. горсовет подготовил материалы о закрытии Успенской церкви и приспособлении её «под культурные нужды города».

Однако закрыт был кладбищенский храм — последний храм в Раненбурге — только через несколько лет — в конце 1934 г.

В последующем храм был заброшен, постепенно ветшал и разрушался. В настоящее время предпринимаются попытки восстановления единственного в истории Раненбурга-Чаплыгина кладбищенского храма.

Posted in Храмы г. Чаплыгина | Tagged , , , , | Leave a comment

Чаплыгин. Николаевский храм

Фото 03.07.2013:

Храм святителя Николая Чудотворца

Адрес: Липецкая обл., г. Чаплыгин, ул. Горького, д. 13А

Храм святителя Николая Чудотворца (По материалам книги: «Храмы и монастыри Липецкой и Елецкой епархии. Чаплыгинский район. Лев-Толстовский район / А.Ю. Клоков, А.А. Найдёнов — Липецк: Липецкое областное краеведческое общество, 2013. — 512 с.»):

Строительство четвёртого по счёту каменного храма в Раненбурге, но только третьего приходского, вызвано было в первую очередь возросшим к середине XIX в. числом жителей города, которым уже не хватало площадей в Троицком соборе и Вознесенской церкви.

Прошение о строительстве нового храма на имя Преосвященного Гавриила (Городкова), архиепископа Рязанского подал 12 августа 1848 г. раненбургский купец 2-ой гильдии, городской голова, потомственный почётный гражданин Игнатий Леонтьевич Калашников. В своём прошении он ходатайствовал о «… дозволении ему построить новую каменную церковь … на собственное его иждивение по случаю немалого народного стечения, бывающего во время Божественной службы при существующих в том городе двух церквях и по сочувствию благочестию и ревности сограждан его, притекающих в оныя для богомолья». Новый храм И.Л. Калашников предполагал построить на приобретённом им покупкою удобном и приличном месте, которое он тоже жертвовал для предполагаемой церкви, при этом принимал на свой счёт «издержку на построение церкви по сему проекту до 35 тыс. руб. серебром».

По рассмотрении этой просьбы в Рязанской духовной консистории Преосвященный Гавриил 21 сентября 1849 г. отправил доношение на сей счёт в Петербург. В заседании Св. Синода 11 ноября 1849 г. рапорт Преосвященного Гавриила Рязанского о разрешении И.Л. Калашникову построить в г. Раненбурге новую каменную церковь во имя святителя Николая Чудотворца был рассмотрен, после чего представленные на указанную церковь чертежи приказано было передать в канцелярию св. Синода для отсылки их в Главное управление Путей сообщения и публичных зданий (далее — ГУ ПСиПЗ) для рассмотрения с точки зрения соответствия их нормам и правилам архитектуры и строительных наук. Сделано это было отношением обер-прокурора Св. Синода графа Н.А. Протасова за №7890 от 16 декабря 1849 г. на имя главноуправляющего ПСиПЗ П.А. Клейнмихеля с препровождением плана на постройку новой каменной церкви Николая Чудотворца в г. Раненбург и плана местности и с просьбой уведомить о результатах рассмотрения.

В свою очередь внутри ГУ ПСиПЗ проект на постройку Никольской церкви в Раненбурге рассматривался в нескольких департаментах. Например, департамент искусственных дел направил его вместе с планом местности в департамент рассмотрения проектов и смет 23 декабря 1849 г. Однако в последней инстанции документы почему-то надолго задержались, что вызвало даже письма департамента искусственных дел от 20 апреля и 27 августа 1850 г. с просьбами о «скорейшем рассмотрении проекта на постройку Никольской церкви в г. Раненбурге«.

Лишь 4 сентября департамент проектов и смет ГУ ПСиПЗ в своём докладе сообщил, что «находит избранное для постройки место одобрительным, но признал необходимым придать фасаду церкви более благовидности, как это видно на прилагаемом при сём особом чертеже». При этом отмечалось, что издержки на «построение сей церкви по вновь составленному проекту не будут превышать суммы, необходимой для исполнения проекта, местным начальством представленного, и простираться будут около 35 тыс. руб. серебром». Сделав на новом чертеже соответствующие засвидетельствования, департамент представил проект на рассмотрение главноуправляющего ПСиПЗ.

Наконец 31 октября 1850 г. Главноуправляющий ПСиПЗ Клейнмихель сообщил обер-прокурору Протасову, что Государь Император Николай Павлович «соизволил утвердить проект на постройку нового каменного храма во имя св. Николая Чудотворца в г. Раненбурге 26 октября 1850 г. Проект этот на одном листе с планом местности препровождается в Синод для дальнейшего распоряжения». Полученный после утверждения императором проект Св. Синод в своём заседании 15/22 ноября 1850 г. определил «отослать при указе Преосвященному Гавриилу для распоряжений к исполнению сего проекта под руководством опытного архитектора и о последующем донесении в Св. Синод в указанный срок».

По всей вероятности уже в следующем, 1851 г., была начата постройка храма на «удобном и очищенном» месте. Строительство его продолжалось несколько лет на средства храмоздателя — купца 2-ой гильдии Игнатия Леонтьевича Калашникова, который в 1857 г. был утверждён на очередное трёхлетие городским головой.

В 1858 г. было окончено строительство и отделка храмовой части, в которой в т.г. освящён главный алтарь во имя святителя Николая Чудотворца. В 1860 г. освящён придельный престол с правой стороны тёплой трапезной части во имя св. Леонтия, в 1861 г. — левый придел в трапезной во имя св. Игнатия Богоносца.

По утверждённому штату 1860 г. при новопостроенной Николаевской церкви положено было иметь штат священно- и церковнослужителей в составе священника, диакона, дьячка и пономаря, с 1873 г. — священника и псаломщика, а с конца XIX в. и до революции 1918 г. — священника, диакона и псаломщика. После освящения главного престола в Николаевскую церковь из Вознесенского храма перешёл один штат церковного причта, а к новообразованному приходу были отчислены от Вознесенского прихожане, которых в 1861 г. насчитывался 151 двор, а в нём 546 мужчины и 604 женщины.

Вместе с причтом и прихожанами от Вознесенского храма к Николаевскому перешли 10 дес. земли, которым пользовались его священно- и церковнослужители. Деревянные дома же членов причта принадлежали им самим и находились на покупной земле. Духовенство Николаевского храма никакого оклада не получало, и на содержание его, по словам самих членов причта «порядочное», расходовался доход от прихода.

Как видим, прихожане не скупились ни на содержание причта, ни на благоукрашение своего храма. Вот лишь несколько примеров: в 1870 г. раненбургским купцом Семеном Чесалиным в Николаевскую церковь г. Раненбурга устроены три серебряные вызолоченные ризы на местные иконы Спасителя, Божией Материи и Николая Чудотворца. На первые две ризы употреблены им деньги, завещанные покойным священником этого храма Семеном Наядиным, в количестве 2 832 руб., а последняя устроена на его счет в сумме 1524 руб.13 В 1874 г. по духовному завещанию статским советником Егором Васильевым на церковь пожертвовано 750 руб., «с тем, чтобы проценты с сих денег шли в пользу причта на вечный помин завещателя и его родственников». В 1891 г. в пользу причта статским советником Аполлоном Вечесловым пожертвованы облигация в 100 руб. и билет госбанка 1889 г. в 100 руб.

Свою лепту в достойное содержание Николаевской церкви вносил в 1870-1880-х гг. староста храма — потомственный почётный гражданин Пётр Иванович Калашников, по-видимому, являвшийся родственником храмоздателя И.Л. Калашникова. За труды на этом поприще в 1883 г. П.И. Калашникову преподано было благословение Св. Синода с выдачей грамоты. Скорее всего, именно в этот период вокруг Николаевского храма была выстроена каменная ограда «с железными решётками и тремя железными воротами».

Одним из самых торжественных мероприятий в стенах Николаевского храма Раненбурга в конце XIX столетия стало празднование 24 ноября 1889 г. 50-летия служения в духовном сане священника Фомы Ефимовича Любимова, который 23 года до этого прослужил в Николаевском храме. Накануне всенощное бдение в честь апостола Фомы совершил сам юбиляр. В праздничный день перед литургией было совершено освящение подарков о. Фоме: наперсного креста с украшениями от детей, иконы св. ап. Фомы от прихожан и образа Спасителя от брата — протоиерея И.Е. Любимова. Затем благочинный протоиерей A.M. Доброхотов произнёс краткую речь, в которой поздравил о. Фому со столь небывалым для Раненбурга юбилеем и отметил, что столь большое количество собравшихся прихожан наглядно свидетельствует об их горячей любви к своему пастырю. Затем сын о. Фомы священник Никандр преподнёс ему от имени детей наперсный крест, в котором юбиляр служил литургию. После богослужения перед благодарственным молебном, к которому прибыло всё городское духовенство, староста Николаевского храма М.А. Попов поднёс о. Фоме Ефимовичу от лица всех прихожан прекрасной живописи икону св. ап. Фомы со словами благодарности за его пастырский труд на протяжении последних 23 лет. Со слезами на глазах приняв и облобызав св. икону, юбиляр поблагодарил своих прихожан за столь доброе к нему отношение и то дорогое к нему внимание, которым они почтили его в радостный для него день. Закончился молебен провозглашением многолетия юбиляру. После этого приглашённые последовали на скромную трапезу в дом сына Ф.Е. Любимова — земского врача И.Ф. Любимова. Здесь юбиляру поднесена была икона Спасителя от брата — протоиерея И.Е. Любимова. Далее последовало чтение поздравительных телеграмм и писем от родственников и почитателей юбиляра.

Считаем не лишним привести здесь основные вехи жизни священника Фомы Ефимовича Любимова. По окончании в 1838 г. Рязанской духовной семинарии он был рукоположен в священника к церкви с. Карповка Раненбургского уезда, в 1866 г. перемещён к Николаевской церкви г. Раненбург. За многие годы своего пастырского служения он нёс и ряд других обязанностей, а именно: благочинного с 1848 по 1868 гг., духовника по городскому благочинию в 1867-1874 гг., помощника благочинного 1-го Раненбургского округа в 1874-1880 гг., члена правления от духовенства при Раненбургском духовном училище в 1872-1881 гг. За свою многополезную деятельность о. Фома не раз был поощряем священноначалием: в 1857 г. — набедренником, в 1860 г. — скуфьей, в 1866 г. — орденом св. Анны III степени, в 1871 г. — камилавкой, в 1879 г. — наперсным крестом, в 1890 г. — орденом св. Владимира IV степени.

Отметим, что в 1895 г. священник Ф.Е. Любимов поменялся местом службы со своим сыном — священником Трёхсвятительской церкви при Раненбургском духовном училище. Скончался он в возрасте 91 года в 1907 г. будучи заштатным священником домового храма духовного училища. Погребён о. Ф.Е. Любимов на кладбище Раненбургской Петропавловской пустыни. И надгробный камень с его могилы — чуть ли ни единственный из сохранившихся со всего монастырского погоста.

Но вернёмся к Николаевской церкви. На плечи сменившего о. Фому его сына священника Никандра Любимова в начале XX в. легли заботы по ремонту Николаевского храма, который начат был по разрешению епархиального начальства в 1900 г. В следующем 1901 г. возобновлены иконостасы придельных престолов в трапезной, на что потрачено из церковных сумм 1 000 руб. Вскоре причту и церковному старосте Николаевской церкви разрешено было окрасить внутренние стены храма и возобновить на них живопись на средства прихожан. В 1910 г. причту храма разрешено позолотить кресты на церковных главках.

По описанию 1910 г., Никольская церковь г. Раненбург «каменная, оштукатурена, крытая железом, одноэтажная при трапезной части оной сооружены два каменных придела. Мерою весь храм в длину сорок три с половиною аршина, а в ширину пятнадцать аршин с колокольнею, а придельные части двадцать четыре с половиною аршина. Высота до верха карниза двенадцать аршин. На церкви имеется пять глав в форме маковицы. Больших окон восемнадцать, дверей наружных створчатых обшитых железом три, а четвёртая при входе в притвор … Иконостас в настоящей церкви во имя Св. Николая Чудотворца весь позолоченный и царские врата позолочены, шириною 11 1/2 арш., а в высоту 25 аршин. Церковь отапливается тремя изразцовыми печами, а четвёртая печь в сторожке. Иконостас в настоящей церкви оценён в десять тысяч рублей, а придельные два иконостаса оценены по пять тысяч рублей каждый. Колокольня каменная в три яруса оштукатуренная. Высота колокольни — тридцать два аршина. Ближайшая постройка к церкви — мещанский деревянный, крытый железом дом, — находится в тридцати шести аршинах … Оценка трёх иконостасов с церковным зданием, колокольнею и сторожкою под колокольней … тридцать тысяч рублей».

28 июня 1912 г. Николаевскую церковь посетил Преосвященный Димитрий (Сперовский), епископ Рязанский и Зарайский, найдя её «довольно благолепной, содержится чисто». В храме Владыка побеседовал с собравшимися прихожанами о том, «чтобы христиане непрестанно обращались к Богу с молитвою и просили Его о своих нуждах. В пример приведён Евангельский рассказ (притча) о неправедном Судии. «Аще убо вы зли суще умеете блага чадам вашим, кольми паче Отец небесный даст блага просящим у Него», — так закончил эту беседу архипастырь».

Накануне революции 1917 г. приход Никольского храма г. Раненбурга составляли 236 дворов, в которых проживали 536 мужчин и 495 женщин. Обязанности старосты храма исполнял крестьянин Михаил Васильевич Баранов. Именно ему и другим прихожанам выпало быть свидетелями того, как 11 апреля 1922 г. из Николаевской церкви г. Раненбург изъято было церковных ценностей 69 фунтов серебра. А всего в апреле 1922 г. из храма представителями советской власти было вывезено 14 предметов из серебра общим весом 1 пуд 30 фунтов 65 золотников.

В период наивысшего развития обновленческого движения в Рязанской епархии в начале 1920-х гг. Никольский храм для многих верующих Раненбурга стал оплотом Православия. Именно здесь служил протоиерей Димитрий Антонович Каверин, бывший благочинным города и самым активным борцом с «живоцерковниками». Этот факт подтверждал и епископ Раненбургский Иоанн (Киструсский) в своём рапорте на имя Святейшего Патриарха Тихона 26 января/8 февраля 1924 г. об аресте о. Димитрия.

Арестовали о. Димитрия в начале февраля 1924 г. по обвинению «в распространении ложных слухов, дискредитирующих рабоче-крестьянскую власть перед населением». Сотрудники ОГПУ вменяли батюшке в вину его участие в апреле 1923 г. в диспуте в селе Кривополянье на тему «Христианство и вера в Бога». Среди «тысячной толпы крестьянства Каверин вёл агитацию против правительственной партии, говоря, что коммунисты хотят отнять у верующих веру в Бога, восстанавливая тем самым крестьянство против господствующей партии».

Кроме того, по сведениям ОГПУ, «29 июля 1923 г. Каверин, отмежевавшись от обновленческого движения, начинает вести агитацию против существующего правопорядка Советской власти и пишет в Священный Синод Российской Православной Церкви в августе 1923 г. протест против запрещения Священным Синодом служения Каверину. В своём протесте Каверин пишет, что обновленческое движение поддерживается арестами, тюрьмой и штыками. Между 23 и 26 августа 1923 г. во время взятия подписки о невыезде с Каверина и епископа Иоанна Киструсского в г. Раненбург в канцелярии уполномоченного Рязгуботдела ОГПУ Каверин сказал, что обновленческое движение работает совместно с ОГПУ и делает насилие над народом».

Отметим, что вначале о. Димитрий Каверин содержался в арестном доме в Раненбурге, но затем был переведён в Рязань, а потом и в Москву, в распоряжение 6-го секретного отделение ОГПУ. Там батюшку, содержащегося в Бутырке, несколько раз допрашивали по делу и наконец в марте т.г. освободили, не найдя в его деле «других данных, компрометирующих гр. Каверина как антисоветского деятеля». Впрочем, дело священника было отправлено в рязанский отдел ОГПУ «для дальнейшей разработки».

Зачем понадобилось переводить в московскую Бутырскую тюрьму провинциального священника, пусть и ставшего одним из самых ярких борцов с обновленчеством в Рязанской епархии, не понятно. Возможно, ответ на этот вопрос кроется в одном из донесений Рязгуботдела ОГПУ в Москву от августа 1924 г., где говорится, что в 6-е секретное отделение ОГПУ вновь направляется священник Каверин,»… отказавшийся от работы в качестве осведомителя по духовенству». Второй раз батюшка был арестован по делу о т.н. «чудесном колодце» в с. Дубовое Раненбургского уезда. Включённый в комиссию из местных властей, врачей и сотрудников ОГПУ, о. Димитрий постарался защитить святость почитаемого местными жителями источника, и потому, как «в полном смысле лицо антисоветское», был вновь отправлен в рязанский домзак, а затем и в Москву.

В октябре 1924 г. священник Д.А. Каверин был выпущен из московской тюрьмы под подписку о невыезде, а в марте 1925 г. ввиду того, что следствием «наличие инкриминируемого гр. Каверину обвинения не установлено», и вовсе освобождён с условием скорейшего выезда из Москвы в Раненбург.

Вернувшись в родной город, о. Димитрий, по всей видимости, продолжал служить в Николаевском храме до его закрытия. В 1940 г. он. проживал в Раненбурге, а после войны несколько лет служил в храме с. Острый Камень.

В январе 1930 г., когда раненбургский горсовет подготовил материалы о снятии колоколов со всех городских храмов и закрытии двух из них — Троицкой соборной и Вознесенской, Николаевской церкви «повезло» остаться действующей ещё на некоторое время. Тогда же на городском собрании в присутствии 846 человек было единодушно решено «колокола с церквей г. Раненбурга снять и просить правительство перелить их в трактора. По данному вопросу вызвать на соцсоревнование гг. Козлов и Данков«. Черёд Николаевской церкви пришёл в 1931 г. — храм стал складом сырья промартели «Работница», затем — сетевязальной артели «Красное знамя», потом — швейной фабрики.

Возрождение церкви святителя Николая Чудотворца началось в 2002 г. силами бригады Юрия Александровича Завьялкина. Как писала газета того времени, «Завьялкины сами покупали церковные свечи, сами украсили стены иконами (их старухи приносят), так как считают, что храм должен быть живым. И каждый, кто сюда приходит, должен поставить свечку. Денег не требуют, только, если захочешь, можешь бросить, сколько не жалко, в ящичек». К 2005 г. основные восстановительные работы, позволившие начать регулярные богослужения в храме, окончены. В храм был назначен постоянный священник, на плечи которого и легли труды по окончательному восстановлению Николаевского храма.

Posted in Храмы г. Чаплыгина | Tagged , , , | Leave a comment