Елец. Казанское кладбище
Казанское кладбище (По материалам книги: «Храмы и монастыри Липецкой и Елецкой епархии. Елец / А.Ю. Клоков, А.А. Найдёнов, А.В. Новосельцев. — Липецк: Липецкое областное краеведческое общество, 2006. — 512 с.»):
История старого елецкого кладбища, расположенного в конце улицы Толстого (бывшей Кладбищенской), начиналась с указа императрицы Екатерины II, подписанного 13 апреля 1770 года при утверждении нового плана города Ельца: «В городе кладбищи уничтожить, а отвести за городом способные места при церкви или часовне и огородить забором».
Вместе с городским кладбищем началась история храма во имя Казанской иконы Божией Матери, затерявшейся ныне в зелени кладбищенской рощи. По церковным документам известно, что освящён Казанский храм в 1781 году. Но церковь не сразу приобрела тот облик, который имеет сегодня. Первоначально была выстроена небольшая часовня для отпевания. Этим объясняется необычность низкого объёма, объединившего в себе и храмовую часть, и апсиду, и трапезную.
В 1789 году Казанская церковь была расширена: с запада к ней пристроили небольшой притвор и колокольню, чтобы придать часовне вид церковного здания, характерного для того времени. Казанский храм являет собой тип культового сооружения, в котором алтарь, храмовая часть и притвор представляют собой единый объём в виде однонефной базилики, вытянутый с востока на запад и завершающийся с запада вертикалью колокольни, а с востока — закруглением основного объёма в виде апсиды.
Ремонты и перестройки XIX — начала XX века несколько изменили первоначальный облик Казанского храма. Наиболее существенными утратами стали четыре характерных для раннего классицизма круглых слуховых окна — люкарн на колокольне, расположенных по сторонам света, следы которых сохранились в кладке свода.
К началу XIX столетия стала осознаваться необходимость расширения как самого городского кладбища, так и строительства нового храма. Усердный елецкий храмоздатель, купец первой гильдии Иван Васильевич Шапошников в 1820 году на северо-восток от старого кладбищенского храма заложил на свои средства и начал постройкой новый храм, но мысль эта осталась неосуществлённой по той лишь причине, что по ходатайству И.В. Шапошникова и других елецких граждан на этом месте был возрождён впоследствии Троицкий мужской монастырь.
В первой половине XIX века с северо-восточной стороны кладбища возвели каменную ограду, часть которой с воротами сохранилась со стороны улицы Толстого, остальная ограда выстраивалась по мере роста кладбища. В середине XIX века вблизи церкви, с юго-западной её стороны, была выстроена часовня-ротонда на месте перезахоронения останков жителей Ельца, извлечённых при строительстве Вознесенского собора на Красной площади.
В 1876 году силами прихода и старанием старосты храма елецкого купца Егора Евтеева проводилось благоустройство городского кладбища, и по одну его сторону была вырыта канава, служившая границей некрополя.
Решением Липецкого облисполкома №824 от 02.11.1971 Казанский храм города Ельца был поставлен под государственную охрану как памятник истории и культуры. На средства Елецкого отделения ВООПИиК тогда же была отреставрирована часовня на кладбище, восстановлены на ней кровля и шпиль, а также установлена памятная доска.
Другая судьба сложилась за годы советской власти у Казанского кладбища, чей некрополь был своеобразным отражением истории города.
До революции для соблюдения порядка на кладбище недалеко от церкви была построена особая каменная сторожка, где помещался приставленный городом полицейский «для наблюдения за благочинием на кладбище при скоплении народа, особенно в праздничные дни». В 1906 году при Казанском кладбище существовало попечительство, целью которого было «…учреждение верного и правильного надсмотра за кладбищем, чтобы имелось не более одних ворот, открытых днем … где возможно устраивались дорожки». В уставе попечительства первым пунктом ставилась цель его создания: «1. Для поддержания внешнего порядка и благоустройства». Члены обязаны были единовременно сделать взнос в 10 рублей или ежегодно вносить не менее 1 рубля. Было возможно «личным трудом способствовать достижению цели». Раз в год проводилось общее собрание и делался отчёт о проделанной работе.
Орловская духовная консистория даже рекомендовала, «чтобы во всех городах Орловской епархии были учреждены при кладбищах попечительства по примеру Казанского храма города Ельца». Но не всегда причту и попечителям удавалось вовремя навести порядок на кладбище. Во время Первой мировой войны воинские захоронения не сразу приводились в порядок. Газета «Елецкий край» в мае 1916 года писала: «Из 54 могил не найдётся и четырёх оправленных. 19 из них стоят без крестов и надписей». Положение решило исправить Елецкое общество хоругвеносцев, которое устроило крестный ход от Великокняжеской церкви и поставило задачу убрать Казанское кладбище.
Противоположное отношение к святому для ельчан месту было характерно для советского периода. Некрополь Казанского кладбища сильно пострадал в эти годы. Процветало мародёрство: захоронения вскрывались, разворовывались надгробия, которые часто не только перетёсывались, но и использовались в качестве строительного материала. Так, многие надгробные плиты Казанского и других кладбищ были вывезены и уложены в основание строящегося в начале 1930-х годов Каракумовского моста. И по сейчас лежат эти камни со следами надписей и могильных крестов у подножия моста. А ведь среди надгробий были и уникальные произведения елецких ваятелей конца XVIII — начала XIX века. В этой связи вспоминается и тот факт, что годы учения в Елецкой гимназии у одного из таких кладбищенских ваятелей жил на квартире и постигал основы ваяния гимназист Ваня Бунин, с именем которого связано старое елецкое кладбище. Оно не раз упоминается в произведениях великого писателя. На нём «похоронены» герои его произведения «Лёгкое дыхание», «Поздний час», знакомые и одноклассники, в том числе и умерший в 1956 году Дмитрий Нацкий, учившийся вместе с Буниным и сделавший немало для сохранения в Ельце памяти писателя. На кладбище покоится прах предков Н.Н. Жукова, Т.Н. Хренникова и многих наших других знатных земляков. Но значительная часть надгробий лишилось выгравированных надписей, таким образом, исчезли имена и могилы многих знаменитых ельчан.
Из сохранившихся захоронений следует отметить могилу почитаемого в Ельце угодника Божия блаженного Космы Игнатьевича Студеникина — духового друга святителя Тихона Задонского, скончавшегося 2 января 1802 года. Иеромонах Геронтий свидетельствует, что могилы Студеникина и другого блаженного — Иоанна Каменева — были «покрыты чугунными плитами…». На Казанском кладбище находится могила родителей святителя Иннокентия Херсонского с чугунным памятником над ней и надписями: «Родители Иннокентия, архиепископа Херсонского», «Священник Успенской церкви отец Алексий и его супруга Акулина Борисовы», «Признательный сын своим родителям». Памятник этот отличается скромностью. Известно, что хлопотавшему о его сооружении священнику Введенской церкви о. Василию Климентову архиепископ Иннокентий, рассмотревший несколько проектов, писал: «Вели сделать по тому, который дешевле. Лучше остальные деньги употреби на милостыню, которая лучше для покойников всех памятников». Бывая в родном Ельце, Святитель всегда посещал могилу своих родителей на Казанском кладбище.
Особый интерес представляет фамильный некрополь купцов Петровых, так называемая Петровская усыпальница, огороженная известняковой стеной с двумя столбами калитки. За стеной у входа памятник с надписью: «Здесь покоится прах потомственного почётного гражданина Бориса Васильевича Петрова». Здесь же под безымянными плитами погребены, Иван Герасимович Петров — строитель Вознесенского собора, посвятивший его возведению 20 лет, его преемник Александр Петрович Петров и сын его Александр Александрович Петров. На Казанском кладбище нашли свой последний приют представители многих елецких родов, внесших значительный вклад в историю и культуру Ельца — Валуйские, Скуфьины, Хренниковы и пр. Здесь же находится братская могила воинов, погибших в годы Великой Отечественной войны в боях за Елец.
В 1970 году Казанское кладбище было закрыто, и с каждым годом впечатление забвения его всё усиливается. Многие могилы брошены и захламляются кучами мусора, который теперь не вывозится с закрытого кладбища. Многие могильные плиты потеряли за эти годы свои первоначальные места. Очень жаль, что единственный сохранившийся некрополь города — одно из посещаемых не только ельчанами, но и гостями города мест — находится в таком состоянии. Слава Богу, что у общины и служителей Казанской церкви хватило сил и средств для поддержания в достойном виде хотя бы самого храма.