Записи с меткой Городская дума

Архангельск. Троицкий проспект, дом 51

Фото март 2012 г.:

Городская дума (сер. XIX в.)

Северный государственный медицинский университет

Адрес: г. Архангельск, Троицкий просп., д. 51

Медицинский институт (по материалам книги «Путеводитель по Архангельску или нескучная прогулка по любимому городу с ироничным дилетантом / Н.Н. Харитонов. — Архангельск: ООО «АрхПресс», 2010. — 271, [1] с.»):

Где профессор Преображенский из «Собачьего сердца» Булгакова делал молодильные операции. С какого перепугу рухнула стена мединститута. Святой Иоанн Кронштадтский — гипнотизер. Студентов учила лучшая профессура страны — сослали в Архангельск. Все дома — советские. Ректору что-то дали, и академик взял. Институт смуглеет на глазах и по-русски говорит все смешнее.

Это здание начали строить еще в 1858 году. В 1861-м оно было двухэтажным присутственным местом. Архангельская городская Дума. Всякая российская Дума царского времени непременно имела башню. Была такая и у архангельской. Символ центральной городской власти. Само собой разумеется, на башне находились часы, по которым архангелогородцы сверяли время. Городские часы Архангельска были историческими и многострадальными. Они никак не могли успокоиться, то и дело меняя место своего положения. С 1744 года висели на башне Гостиных Дворов, пока Гостинка не начала ветшать. Когда перебрались на башню городской Думы, им было уже 118 лет! Может, и сегодня архангелогородцы, как делают жители просвещенной Европы, сверяли бы время по древнему историческому хронометру. Да переворот 1917-го, катастрофическая бестолковость и трагичность эпохи большевиков похерили и часы, и саму городскую Думу. А двухэтажный дом отдали мединституту.

Собственно, именно в этом здании и начался в 1931 году исторический отсчет самого известного, строгого, сильного и долгое время из архангельских наиболее профессионального вуза. История появления мединститута именно в Архангельске занятна многими предпосылками. Мы уже поминали: первый доктор, настоящий, гражданский, иностранец, а не монастырский лекарь на Руси, появился именно в Архангельске, с капитаном Ченслером попал в Кремль и пользовался большим расположением душевно неуравновешенного Ивана Грозного. Поговаривают, святой с Пинежских земель Русского Севера, Иоанн Кронштадтский, был гипнотизером. Другой святой, святитель Лука, в миру хирург В. Ясенецкий, в архангельской ссылке оперировал в отделении гнойной хирургии областной больницы. Наш климат специфичен даже летом. В сапогах, все время в воде, сплавщики леса и рабочие бассейнов лесозаводов гробили ноги, гнойные раны были делом обычным. Будущий святой Лука, будучи ссыльным, даже обращался к председателю Архангельского исполкома Северного края с предложением создать здесь институт гнойной хирургии. В первые годы создания АГМИ в нем преподавал ссыльный профессор Д. Никитин, домашний врач Льва Толстого. А теперь замрите. В следующее я поверил не без труда и не сразу. Помните булгаковского профессора Преображенского из «Собачьего сердца»? Так вот, прототип — профессор В. Преображенский — тоже преподавал в АГМИ! Сосланный в Архангельск в 1933 году, Василий Преображенский и в самом деле оперировал на Северной Двине, пересаживая мужчинам, с целью омоложения, яички обезьян!!! Сам не верю, но так утверждают академические источники! Боже, где они в Архангельске обезьян-то надыбали?!

Учеба в Архангельском медицинском институте началась 2 декабря 1932 года, с первой лекции по анатомии профессора М. Замятина. В лекционной аудитории собрался первый набор архангельских студентов-медиков, 212 человек. Институт создавали М. Кривицкий, Н. Сычев, М. Замятин, И. Красильников, М. Алферов, В. Преображенский, М. Киверин, И. Липский, С. Елизаровский, Г. Орлов. Многие из первой профессуры оказались первыми архангельскими ссыльными начатой большевиками кампании репрессий.

Плеяда выпускников АГМИ впечатляет не менее. Самым первым из известных был профессор Николай Амосов. Первый кардиохирург, первые операции на открытом сердце. Н. Рудный — военный врач эскадрильи Нормандия-Неман. И. Касьянов готовил в космос первого космонавта Земли Юрия Гагарина. Первые в мире операции по пересадке хрусталика — у нас! Первые искусственные хрусталики выточили на Севмаше, в Северодвинске. А пересадил их С. Федоров, в Архангельске. С некоторым грустным недоумением вынужден констатировать: все это успехи советского Архангельского медицинского института.

Все нынешние здания Архангельскому университету тоже построил Советский Союз. Капитализм сюда не высыпал и мешок цементу. Правда, первая советская строительная попытка вышла нелепой, едва не кончилась трагично. Когда Мединституту стало не хватать аудиторий, над бывшей Думой вознамерились надстоить два этажа. Время было бедным, скудным, 1934 год. Деревянная надстройка… рухнула на улицу Свободы! После этого с домашними заготовками не экспериментировали, проект пристройки на пять этажей заказали уже москвичам. Башню снесли. Куда делись исторические часы Архангельска — неведомо. Прежний вход с угла замуровали на… семьдесят лет! Его вернули уже в новом веке, для платной Университетской клиники. Впрочем, «вернули» не совсем точно. Дело в том, что пятиэтажное здание на Троицком проспекте к бывшему двухэтажному дому городской Думы на Свободы надстроили перед самой войной. Вход с проспекта был хорош, внушителен. Как и вся постройка в стиле классицизма, не испортившая общего архитектурного впечатления. Высоченные внутренние стены, шикарная широкая лестница, колонны вестибюля, роскошный зал с партером, амфитеатром и галеркой, высота кабинетных дверей и строгость овального вестибюля. Типичный классицизм, приятный глазу, сердцу и уму на фоне клетушек, придуманных послевоенной Францией, а построенных по всей России, и в Архангельске тоже, любителем кукурузы Никитой Хрущевым. Правда, новое здание никак не хотело присоединяться к двухэтажке. Уже кирпичные стены пристройки в мае 1935 года дважды обваливались во внутренний двор.

Строительство завершили перед войной, а после войны выяснилось: опять тесно. Старый фундамент городской Думы не был рассчитан еще на необходимые три кирпичных этажа. Здание присутственных мест, в котором заседала царская Архангельекая гордума и начался советский мединститут, снесли в пятидесятые, в хрущевскую оттепель. Когда рыли котлован, обнаружили пластину: «Заложено 8 мая 1858 года, в царствование императора Александра II». 1960-й год. Получается, здание присутственных мест простояло в Архангельске 100 лет.

В корпусах Мединститута 60-х было чуть от внешнего облика дореволюционного, чуть — от довоенного. Классицизм с легким налетом архитектурных излишеств советских тридцатых. Часть его, например стильный в тридцатые архитектурный декор из букв «Медицинский институт», уже при капитализме снес ректор университета. Потом снесли и самого ректора.

Безобразную в архитектурном плане, кондовую рациональность советских общественных зданий век социализма оставил Архангельскому мединституту на излете брежневской эпохи застоя, в 1985 году. Пятнадцать лет строили третий корпус АГМИ. Удручающе тяжелый. Солидным, как здание на Троицком, не назовешь. Неуклюжий грубый монстр с колодцем стиснутого внутреннего дворика. Пробитые в стенах угловатые арки положения не спасают. На что студенты народ тусовочный, даже они никогда не заполняют арки и дворик весельем. Так, пробегут по необходимости, да наспех затянутся сигаретой — и скорее прочь, подале. Удручающая архитектурная приставка. Зато два соединенные первые корпуса — на Троицком и Свободы — приятный советский подарок Архангельску.

Слава выпускников самого северного медицинского института России была крепко спаяна с профессионализмом молодых докторов. Когда-то, в пору ректора Н.П. Бычихина и проректора Р.Н. Калашникова, воспитанники Архангельского мединститута котировались высоко. Из этих стен выходили отличные клиницисты. Готовые квалифицированные практические врачи с мощно развитым медицинским мышлением, сильнейшими врачебными навыками. Нарасхват по всей стране.

Так было, но возглавивший институт психиатр начал преобразования, превратив АГМИ в университет по подготовке кого угодно, всевозможных менеджеров и вовсе не медицинских юристов. Шесть тысяч студентов! Клиницистов в этой массе скромное для медицинского заведения число. Бюджетных мест — кот наплакал. Остальные студенты за обучение исправно несут деньги в кассу. Привет психиатрам, психологам, директорам домов престарелых, странным юристам, постигающим юриспруденцию в стенах медицинского заведения.

Индусов, перуанцев и прочих заморцев университет выпускает все больше, подкованных терапевтов, хирургов, педиатров — все меньше. Конечно, непросто предположить, что, выражаясь историческим языком архангелогородцев, басурмане, на первых порах плохо понимающие по-русски, выходят из стен АГМУ столь же сильными специалистами, как хирурги, терапевты советских семидесятых, восьмидесятых АГМИ. Но с каждым годом от иностранных студентов в универе все южнее. Юные архангелогородцы говорят: их темнокожие ровесники заводные, с ними классно тусоваться в клубах. В ночных, вестимо, не в научных же.

…В год, когда выходит эта книга, старейший Архангельский государственный Мединститут, Медакадемия, Медунивер испытывает шок и стыд, каких не случалось за всю историю уважаемого медицинского учебного и ученого заведения. Правоохранительные органы взяли с поличным на предполагаемой взятке ректора. В середине дня получил конверт от арендатора. 50 тысяч рублей. Официальная месячная зарплата академика солиднее губернаторской — больше 200 тысяч. В год — три миллиона.

По сути дела, ректор Медунивера покусился на самое святое. До этого случая архангельская профессура была критикуема за косность, консерватизм — за что угодно, но при том оставалась уважаемой, неприкосновенной, чистой, потому как честная. Реакция города любопытна. Епископ Архангельский и Холмогорский, со словами «Все под Богом ходим», письменно и публично просил следователей отпустить предполагаемого взяточника… с миром. Хрен с ним, что неправедно пользовался ректорским положением, зато, вдумайтесь: «За большой вклад в духовно-нравственное просвещение общества награжден Патриаршей грамотой». Газета «Северный комсомолец» тоже рванулась защищать. Главный редактор привела ошеломляющие аргументы. Залепив номер огромными снимками ректора с президентом, сообщила: знакома лично, в шоке, что преступника посадили в больницу следственной тюрьмы. Главных пассажей несколько:

«Нельзя же развенчивать светлый образ» (?!)

С какого это перепугу не рекомендуется взяточника называть таковым?

«Нельзя садить, поскольку… берет не только для себя» (?!)

Если ворует и делится — уже и не вор?!

«Нельзя судить, поскольку единственный в Архангельской области, кого Путин два раза наградил орденом. Мол, что теперь с орденами делать» (?!)

Без комментария. На фоне журналистской белиберды заявление ветеранов АГМИ, кое-кто из них был учителем подсудимого, выглядит растерянностью стариков, загнанных в угол неестественной жизнью, в которой нормальное воспринимается со слезами благодарности:

«15 лет обращались за советом и всегда имели поддержку. С позиции нашего возраста убеждены: альтернативы на пост нет. Верните нам ректора!»

Никто не написал однозначно и жестко: не верю, не было такого и быть не могло. Лишь: верните, отпустите. Ощущение, будто город погружается в некий абсурд. У людей — старых, возрастных, молодых — поехала крыша? Что с нами, архангелогородцы? С какого перепугу всем скопом: капиталистический поп, журналистка-демократка, ветераны советского труда готовы поставить взяточника иконой в храме, объявить героем прессы, поместить его фотку в свой семейный альбом? Потому, что — ректор, профессор, академик? Потому, что сфотографирован с Путиным? Зашкаливающий воображение перебор. Как же так: все ценности, свято оберегаемые еще с советской жизни на помойку ради осознающего криминальные действия преступника?

Дело даже не в ректоре. Самый громкий скандал за всю историю Медуниверситета проявил в архангельском обществе начала второго пришествия капитализма черты, какие оно, общество, не хотело бы, как сор, выносить из избы. Да не удержалось, выплеснуло в запале. Внешне-то все мы, архангелогородцы, белые и пушистые…

Недоумение. Стыд. Обида. Нет, не так я хотел закончить главу о моей альма-матер. Не грустите, господа студенты. Время настоящей профессуры: Алферова, Цель, Маточкина, Елизарова, Орлова, Бычихина, Калашникова, Киверина, Смирновой, Ивановой, Пикель, Лисицы, Лапицкого, Липского еще вернется. Непременно.

Posted in Здания г. Архангельска | Tagged , , | Leave a comment

Санкт-Петербург. Башня Городской Думы

Фото 14.05.2015:

Башня Городской Думы

Адрес: г. Санкт-Петербург, Невский просп., д. 33

Здания Городской думы и «Серебряных рядов» (по материалам книги "Санкт-Петербург и пригороды: Путеводитель по культурно-историческим памятникам / Ю.Г. Иванов, О.Ю. Иванова, Р.А. Халхатов. — Смоленск: Русич, 2010. — 336 с.: ил. — (Памятные места России)" ):

Своеобразными памятниками архитектуры, оживляющими силуэт Невского проспекта, являются здания Городской думы и «Серебряных рядов». История их появления такова. В 1783 г. сгорели деревянные лавки торговцев ювелирными украшениями, называвшиеся «Серебряные ряды». Год спустя архитектор Д. Кваренги приступил к возведению на этом месте каменной постройки. Главный фасад нового здания он оформил открытой рустованной арочной галереей первого этажа, а второй и третий этажи украсил ложной аркадой с выступающими между оконными проемами полуколоннами. Галерею впоследствии застеклили.

С «Серебряными рядами» композиционно связано примыкающее к нему здание Городской думы — органа городского самоуправления (арх. Д. Феррари, 1799-1804). Внешне оно повторяло «Серебряные ряды» и, подобно ратушам европейских городов, завершалось башней с часами.

Здание Городской думы неоднократно реконструировали. В 1847 г. архитектор И. Ефимов устроил в нем несколько новых залов для заседаний, увеличил его высоту, модернизировал фасад, изменив очертания оконных проемов. Над средней его частью он возвел четвертый этаж. В 1913-1914 гг. архитектор В. Кенель надстроил четвертый и пятый этажи по всему зданию, и в результате оно совершенно утратило свой первоначальный облик.

Башня же сохранилась до наших дней такой, какой была в начале XIX в. Она использовалась в разных целях. Так, в 1830-е гг. ее надстроили и разместили на ней станцию оптического телеграфа, откуда ретранслировались телеграммы, отправляемые из Зимнего дворца (линия оптической связи доходила до Варшавы, и в хорошую погоду сообщение туда передавалось всего за 15 минут!). С 1840 г. башню использовали как пожарную каланчу: на ней несли службу дозорные.

Posted in Здания г. Санкт-Петербурга | Tagged , , , | Leave a comment

Санкт-Петербург. Здание Городской думы

Фото 14.05.2015:

Здание Городской думы

Адрес: г. Санкт-Петербург, ул. Думская, д. 1-3

Здание Городской думы построено в 1752-1753 гг. (Гильдейский дом), Ратуша и башня — в 1799-1804 гг. (архитектор Д. Феррари), перестроено в 1848-1852 гг. (архитектор Н.Е. Ефимов), надстроено в 1913-1914 гг. (архитектор А.В. Кеннель). Является памятником истории и культуры федерального значения и охраняется государством.

Здания Городской думы и «Серебряных рядов» (по материалам книги «Санкт-Петербург и пригороды: Путеводитель по культурно-историческим памятникам / Ю.Г. Иванов, О.Ю. Иванова, Р.А. Халхатов. — Смоленск: Русич, 2010. — 336 с.: ил. — (Памятные места России)» ):

Своеобразными памятниками архитектуры, оживляющими силуэт Невского проспекта, являются здания Городской думы и «Серебряных рядов». История их появления такова. В 1783 г. сгорели деревянные лавки торговцев ювелирными украшениями, называвшиеся «Серебряные ряды». Год спустя архитектор Д. Кваренги приступил к возведению на этом месте каменной постройки. Главный фасад нового здания он оформил открытой рустованной арочной галереей первого этажа, а второй и третий этажи украсил ложной аркадой с выступающими между оконными проемами полуколоннами. Галерею впоследствии застеклили.

С «Серебряными рядами» композиционно связано примыкающее к нему здание Городской думы — органа городского самоуправления (арх. Д. Феррари, 1799-1804). Внешне оно повторяло «Серебряные ряды» и, подобно ратушам европейских городов, завершалось башней с часами.

Здание Городской думы неоднократно реконструировали. В 1847 г. архитектор И. Ефимов устроил в нем несколько новых залов для заседаний, увеличил его высоту, модернизировал фасад, изменив очертания оконных проемов. Над средней его частью он возвел четвертый этаж. В 1913-1914 гг. архитектор В. Кенель надстроил четвертый и пятый этажи по всему зданию, и в результате оно совершенно утратило свой первоначальный облик. Башня же сохранилась до наших дней такой, какой была в начале XIX в.

Posted in Здания г. Санкт-Петербурга | Tagged , | Leave a comment