Архангельск. Улица Попова, дом 1 (Особняк Суркова)

Фото 06.03.2012:

Фото 17.08.2012:

Дом А.Ю. Суркова

Адрес: г. Архангельск, ул. Попова, д. 1

Особняк Суркова построен в 1851 году. Является памятником градостроительства и архитектуры, объектом культурного наследия регионального значения, подлежит государственной охране.

Дом Суркова (по материалам книги «Путеводитель по Архангельску или нескучная прогулка по любимому городу с ироничным дилетантом / Н.Н. Харитонов. — Архангельск: ООО «АрхПресс», 2010. — 271, [1] с.»):

Пряничный дом с невероятной, кричащей роскошью резных наличников и контрастно спартанским внутренним двориком — одна, увы, из редких сохранившихся деревянных жемчужин в архитектурном ожерелье Архангельска. Сегодня это единственный деревянный дом Немецкой слободы на набережной Северной Двины. Собственно, по нему архангелогородцы ныне составляют представление о жизни и быте купечества Архангельска XIX века. Еще бы, ведь когда-то сие здание с зашкаливающей нынешнее воображение помпезностью оконных наличников принадлежало знатнейшему из архангельских промышленников Альберту Суркову. Кстати, дом Суркова на фоне особняков прочих воротил бизнеса из «архангельских немцев» выглядел весьма скромно. Достаточно сказать, что в одном из таких «немецких особняков» ныне Управление ФСБ по Архангельской области. Правда, его несколько надстроили.

…Надо еще усердно покопаться в исторической географии, дабы понять, что за местечко Ретов некой Ковенской губернии, где у аптекаря родился сын Алик, впоследствии окончивший Рижскую гимназию и Петроградскую медико-хирургическую академию. Вы будете несказанно удивлены, но пра-внука русского генерала при прусском короле в царские времена на Русский Север привело то же самое, за чем к нам ехали завербованные с юга России в советские времена — возможность разбогатеть. Разбогател. Да еще как! В начале позапрошлого века оказался едва ли не самым состоятельным архангелогородцем.

Архангельский блокнот

ИСТОРИИ АРХАНГЕЛЬСКИХ ПИВОВАРОВ
АЛЬБЕРТ СУРКОВ

1. Среди семейств Немецкой слободы: Лиденс, Лоренс, Люверс, Увелякен, Пец, Шергольд, Штольц, Шмидт, Шпицбарт — фамилия этого прусака выглядела неестественно русской: Сурков. Двадцатилетний Алик Сурков. Русский генерал, откомандированный ко двору прусского короля, женился на немке. Возможно, прадедушка будущего архангельского пивовара запросто хаживал под сводами знаменитого дворца Фридриха Великого, «San Susi», мебель из которого мы с вами еще увидим в Архангельске, однако, потомки предпочли земли ближе к исторической родине предков. Прусский подданный Алик Сурков получил фармацевтическое образование в Питерской медакадемии. Отец будущего пивного короля в Архангельске занялся коптильной лавкой и собственным домом в Немецкой слободе. Принимая в 1871 году наследство почившего батюшки, 23-летний Альберт Сурков вывел каллиграфическим почерком в кассовой книге семейного бизнеса: «Налагаю на себя ношу. Отец завещал продолжить дело». В 23 года в руках юноши Суркова оказались коптильня, лавки, склады товаров в Великом Устюге, три дома в Архангельске. В пивную историю Суркова вверг бизнес. Пиво — песня, запечатлевшая имя Суркова на архангельских скрижалях. Уж больно складно, высоко, профессионально и не без благородства спето. Пробежимся по куплетам, хотя особо хорош припев — шикарный, с башней, флюгером и ажуром окон пивной замок в Немецкой слободе, на Финляндской. Кто бы мог подумать: сие сказочное строение — всего-то промышленное предприятие, пивоваренный завод.

2. Пивное дело далось молодому Суркову сразу, было зачато красиво, с немецкой основательностью и русским размахом. Через год пригласили из Пруссии пивовара Августа Шютце. Продажи подскочили в полтора раза! Молодой купец потирал руки, подсчитывал барыши и жаждал увеличения объемов производства. Его заприметили серьезные промышленники, изволили принимать в состоятельных семействах. Предприниматель Альберт — перспективный жених Немецкой слободы.

И тут, на тебе, не было печали… Архангельск бурлил, как никогда дотоле. Целый город одним глотком из пивной кружки отправить «до ветру», да не раз и не два! Пивовар зиму 1877-1878 пребывал в неописуемом отчаянии. До мелочи проверит, продизенфицирует. Ан нет, сварит новую партию, смельчаки попробуют и тут же за живот, да пулей «до ветру». Так всю зиму и бегали. А морозным мартом явился к измаявшемуся Альберту некий Лейзер, мещанин из Вильно. Предложил за 200 ру. избавить сурковское пиво от слабительного эффекта. Короче, «кинули» Суркова свои же соотечественники, немцы. Правда, отметим, что прежде он сам кинул одного из них. Пивного мастера Августа Шютце помните? Когда Альберт приглашал его в архангельскую глушь, обещал через год увеличить жалование на столько, на сколько процентов увеличились продажи. Продажи выросли, а жалование Шютцу Сурков замылил. У немецкого пивовара были основания полагать: бывший соотечественник сделал это сознательно. Августа особенно возмутило, что «кинул» не какой-нибудь русский купец-самодур, а родной прусский бизнесмен.

Донес немцу на немца тоже немец. Лейзер Лепин. Мол, пивной мастер с досады подсыпал камедь — слабительный порошок в годовой запас хмеля. Завели уголовное дело. Привлекли всех: Шютца, перебравшегося в Вологду, Лейзера, вымогавшего 200 ру. Но дело о порче сурковского пива и медвежьей болезни горожан успешно развалилось на стадии следствия. Виновных нашли, но не установили?! Пивной Архангельск страдал известно по чьей вине, а виновных нет. На следствии Лейзер клялся: «Просто пошутили, Альберт Юльевич все неправильно понял». Расхлебывать пришлось самому Суркову. Публично сжег годовой запас хмеля.

3. Конфуз с пивом из разряда завидных женихов Суркова не вывел. С коренными архангелогородцами обитатели аристократического центра нижнего города не роднились. Альберт был не столько секс-символом, сколько женихом хоть и с запутанной, но все же прусской родословной и, что немаловажно, мертвой купеческой хваткой. Именно в 1878 одному из богатейших семейств Немецкой слободы, клану бельгийского и английского консула в Архангельске, купца Джона-Георга Шергольда, известного в нашем городе, как Иван Егорович, не доставало свежей энергичной предпринимательской силы. Джон-Георг-Иван-Егор выдал старшую дочь, пусть для клана Шергольдов и не достаточно богатого, но за предприимчивого тридцатилетнего Суркова. Альберт Юльевич шел к венцу, отлично представляя, что за сокровище его невеста Лидия Ивановна. Высший свет, верхний коммерческий эшелон — вот где теперь он, Альберт Юльевич Сурков. Отец и не мечтал. А вышло, всего-то правильно жениться. В год свадьбы возведение пивного замка в Немецкой слободе шло особо энергично. С пряничным домом в резных наличниках, в чьи окна плескалась Северная Двина.

4. 1914 год. Первая мировая. Архангельские купцы обвинили архангельского же купца, крупнейшего общественного деятеля, почетного гражданина города в… германофильстве, следовательно, измене России! Кемский завод заставили продать казне, ЛДК №3 — удельному ведомству. Дело жизни Сурковых-Шергольдов создавалось 40 лет, купцы уничтожили плоды его работы за пару месяцев. Санкт-Петербург, как эмиграция разодранной души. Глубочайшая личная трагедия. Из таких живыми не выходят. Альберт Юльевич и не вышел. Сурков умер в предреволюционном Питере 18 мая 1917 года.

5. На пивоваренный завод ныне больно смотреть. Над зданием издеваются как могут. От империи Суркова остался флюгер. Так хотел Альберт Юльевич. На острие кончика флюгерной стрелы, стремящейся в синюю вечность Вселенной и Бога, остановилось время Суркова. Оно не движется, не торопится. Просто тихо ждет: может, этот город архистратига архангела, в конце концов, вспомнит, что у него был такой почетный гражданин, когда-то сорок лет обустраивавший архангельскую жизнь? Не самых скучных сорок архангельских лет…

Пряничному домику, изящно вписанному в набережное острие пивного замка, повезло несравнимо больше. Даром, что деревянный, выглядит не по возрасту красавцем. Невероятная ситуация, но жилой дом архангельского пивного короля Суркова не только без потерь пережил второе пришествие капитализма в Россию, но умудрился радикально обновиться, реставрироваться. Особняку Суркова повезло: дом с наличниками власть… раскатала по бревнам! Глобальная реставрация особняка Суркова была запланирована еще в Советском Союзе. Здание и раскатали.

В 1993 году Ирина Смекалова пришла посмотреть на фундамент здания школы искусств №42 «Гармония», директором коей предстояло стать. Что такое долгие четыре года реставрации памятника под занавес девяностых века, завершающего тысячелетие, описывать не стоит. Страна в разрухе, бушует бартер, «чеченские авизо» и расстрельные бригады бандитов. Градоначальники в Архангельске ничем путным не запоминаются. Сегодня мало кто вспомнит, был такой глава города Герасимов. Пытался править Архангельском именно во второй половине девяностых. Оказался первым из градоначальников, на ком местные журналисты точили перья и зубы. Про газетные скандалы давно забыли. А вот имя мэра Владимира Герасимова, оказывается, сохранилось на скрижалях города. Чиновник в расстрельные девяностые всячески способствовал восстановлению особняка Суркова в качестве детской музыкальной школы.

Город должен знать имена вернувших Архангельску пряничное чудо с резными наличниками, где сейчас звучит музыка архангельских детишек. Ирина Панова, превратившаяся из директора школы в прораба стройки, мэр Владимир Герасимов и Сергей Тихонов — дом Суркова собирала бригада «Стройреставрации».

Здания г. Архангельска, , , Permalink

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *