Ирбит

Ирбит — город в России, в Свердловской области.

Топонимия Ирбита (по материалам книги «Географические названия России: топонимический словарь: более 4000 единиц / Е.М. Поспелов. — М.: АСТ, Астрель, 2008. — 523, [5] с.»):

Ирбит, гор., р.ц., Свердловская обл. Возник в 1633 г. как Ирбейская слобода в устье р. Ирбей; позже в употреблении закрепляются формы Ирбитская слобода и р. Ирбит. Первичен гидроним, имеющий тюрк. происхождение; в нём допускается сочетание татар. ир «мужчина; герой, богатырь» и башк. бий «родовой вождь, бей», возможно, употреблявшееся как антропоним [Матвеев, 1983]. С 1775 г. гор. Ирбит.

Ирбит — памятник истории градостроительной культуры торговых городов России (по материалам книги «Свод памятников истории и культуры Свердловской области. Том 2. Свердловская область / Отв. ред. В.Е. Звагельская. — Екатеринбург: «Издательский дом «СОКРАТ», 2008. — 648 с., ил.»):

Архивные материалы по архитектурно-планировочному развитию Ирбита дают возможность достаточно полно представить общую картину последовательного формирования его застройки с XVII века до настоящего времени. Изменения социально-экономических условий, уровня техники и правового положения поселения находили материальное воплощение в его застройке. Эти изменения можно согласовать с условными понятиями этапов в становлении планировочной структуры и архитектурного облика города: слободской, крепостной, торговый, промышленный. Каждый этап имел свои градостроительные примечательности.

Первый этап формирования застройки Ирбита — «слободской», он связан с развитием Ирбеевской земледельческой слободы, основанной в 1631 году русскими людьми при освоении ими Зауралья. Вскоре после победы её жителей над потомками сибирского хана Кучума (1652 г.) она стала называться Ирбитской. Удачное размещение слободы в системе расселения того времени способствовало с самого начала возникновению на её территории торговли.

Первый исследователь истории Ирбита А.К. Хитров (его труд датирован 1872 г.) отмечает, что именно центральное местоположение слободы по отношению к другим подобным ей слободам явилось поводом к образованию местной ярмарки, которая была утверждена царским указом 1643 года. Возможно, государственное утверждение ярмарки рассматривалось как средство сближения торговли Европы с Азией. Однако впоследствии всероссийская зимняя ярмарка, разместившаяся в Ирбите, оказалась в некотором отрыве от основных транспортных путей этих континентов.

Московский путь (1590-1597 гг.) на Тобольск пролегал значительно северо-восточнее Ирбеевской слободы. Сибирский тракт (утверждённый в 1734 г.) на участке от Верхотурья к Тюмени проходил через Туринск, к Ирбитской слободе, в связи с развитием в ней торговли он имел специальное ответвление, исключающее проезд через Туринск. Большой Сибирский тракт (утверждённый в 1783 г.), проложенный через Екатеринбург на Тюмень, находился намного южнее Ирбита. Также значительно южнее Ирбита проходил железнодорожный путь от Екатеринбурга на Тюмень, построенный в последней четверти XIX века. Железная дорога, соединившая Ирбит с Екатеринбургом и Тавдой, начала действовать только в 1916 году. Тем не менее Ирбитская слобода была хорошо связана грунтовыми дорогами с Верхотурьем и Тюменью, а затем с Екатеринбургом, а водными путями — с Обь-Иртышской речной системой, и это, несомненно, способствовало развитию торговли. Ирбитская ярмарка расширялась и по объёмам товарооборота уступала только всероссийской летней Нижегородской (Макарьевской) ярмарке.

Государственное утверждение ярмарки, по-видимому, явилось началом строительства деревянного острога. Он представлял собой плотную ограду-частокол из смолистых брёвен высотой в 4 м с заструганными по верху концами; в ограде были сделаны окна для наблюдений за неприятелем; по углам и при въездах ограда венчалась рубленными башнями, около которых размещались караульни; внутри острога находились деревянная церковь, дома оброчных крестьян и казаков, несущих караульную службу. В 1666 году в слободе насчитывалось 153 двора.

По изображению слободы того времени видно, что застройка размещалась вдоль ограды, в центре перед зданием церкви была большая открытая площадь, к которой сходились дороги от Верхотурья и Тюмени. Здесь ещё не видно специальных торговых лавок, но площадь уже именовалась Торговой. Кроме острога, примечательных построек в слободе не было. Жилые дома (рубленные избы) тянулись «линиями» или свободно располагались среди сохранившихся деревьев. По двум углам острога они образовали даже подобие кварталов с периметральной застройкой.

Судя по фиксационному плану, к середине XVIII века Ирбитская слобода имела значительную по размерам застройку. К этому времени её старые укрепления уже разрушились, и круговая оборона осуществлялась лишь за счёт размещения на повышенных территориях в сложной излучине у впадения вод Андреевского озера в реку Ирбит, а реки Ирбит — в реку Ницу и возведения дощатого заплота, или палисада, со стороны пашенных земель. Начертание плана слободы не было подчинено определённой системе, хотя кое-где улицы, дороги и отдельные кварталы повторяли изгибы берегов рек и террас рельефа. Но при всей хаотичности застройки на плане слободы чётко выделяется общественный центр в виде большой площади неправильной формы, вытянутой вдоль берега реки. На площади находились две церкви (каменная и деревянная), дом Гороблагодатского горного начальства, питейные заведения. В некотором удалении от площади, ближе к внешним укреплениям, размещался большой гостиный двор прямоугольной формы с длинными рядами торговых лавок вдоль его стен и по периметру четырёх внутренних корпусов. В гостином дворе находился дом «ларешного с командой для сборов с торга», а вблизи гостиного двора — здание полиции с торговым «словесным» судом и амбары для хранения привозимых товаров. Застройка слободы была деревянной. На плане слободы написано, что и гостиный двор был «деревянной, обветшалой, каторова починка требует», деревянная церковь тоже «ветхая», а единственная каменная церковь «строением пришла к окончанию, по слабости фундамента его 5 четвертей в землю села. Великие разчелины, и верх савсем покривился, по слабости служение запрещено и следует разобрать».

В 1775 году Ирбитская слобода была преобразована в город. При изменении её правового положения, несомненно, был учтён рост торгово-экономической базы. К этому времени гостиный двор слободы имел уже 204 торговых лавки. Торговые операции производились в больших масштабах. Суд проводился «магистратскими и ратушскими Тобольскими чинами», а ларешный с командой посылались из Верхотурской таможни. В условиях развивающейся торговли преобразование слободы в город стало необходимостью. Перевод слободы в статус города давал жителям возможность вести новое строительство.

С преобразованием слободы в город начался второй этап в развитии Ирбита — «крепостной», связанный со строительством крепости. При этом торговая направленность деятельности слободы сохранялась и расширялась, что ещё раз подтвердилось законодательно. В 1776 году город получил свой герб, в котором изображён и золотой «меркурьев жезл», символизирующий торговые функции поселения. С учреждением города Ирбита был составлен генеральный план его застройки. Разработка этого плана относится к периоду больших градостроительных преобразований в стране, началом которых, как известно, стал Указ 1763 года «О сделании всем городам, их строению и улицам специальных планов» и проведение геодезической съёмки планов всех городов. Этими работами руководила «Комиссия для устройства городов С.-Петербурга и Москвы», возглавляемая И.И. Бецким, при участии архитекторов А. Квасова, И. Лемма, И. Старова. Пока неизвестно, кто участвовал в составлении плана Ирбита, но принцип его формирования характерен для планировки и застройки русских городов того времени: все города строились как крепости, большинство имело кремли, при проектировании их широко использовалась прямоугольно-сетчатая система улично-дорожной сети. План Ирбита не был исключением, он проектировался по сложившейся традиции.

Ирбит, что видно из его плана, должен был строиться как город-крепость. В связи с этим на месте старого слободского центра (площади) была запроектирована крепость-кремль, где должны были разместиться самые ценные строения: церковь, канцелярия, магистрат, дом воеводы «со товарищи», пороховой погреб, винные подвалы, дома священнослужителей, гауптвахта, острог-тюрьма и прочие казённые, т.е. государственные, строения. Но в отличие от городов-крепостей — опорных пунктов Русского государства — по плану Ирбита центр города формировался не только кремлём, но и гостиным двором с торговыми рядами, находившимися на месте старого (слободского) гостиного двора. Между кремлём и гостиным двором на берегу реки создавалась большая площадь, обрамлённая разного рода строениями. На ней находились питейные заведения, мытные ряды, погреба и амбары для товаров приезжих купцов и др.

Селитебная территория города разбивалась прямоугольной сеткой улично-дорожных направлений на примерно одинаковые по размерам кварталы с чётко разграниченными участками под строительство жилых домов. Жилые дома строго лимитировались в своих размерах и по размещению друг к другу; к тому же они должны были строиться по фасадам, «приложенным же при сем». По периметру, выходящему за пределы реки, селитебная застройка города ограничивалась крепостным валом, с внутренней стороны которого находились харчевни и кузницы. Город имел два въезда.

Территория города примерно в три раза превышала территорию слободы. Но, несмотря на сравнительно большие размеры города, предписывалось строить его дома на каменных фундаментах и «не чинить» препятствий в строительстве каменных домов. С этой целью за пределами города предусматривалось место для размещения кирпичного завода. В описании к плану указывается: «Каменное казенное строение крыть железом или черепицею, а доколе черепичные заводы размножатся тесом и гонтом… деревянные строения крыть тесом и гонтом же, а хворостом и соломою не допущать».

Однако, хотя и принимались меры по повышению капитальности зданий, в 1790 году почти вся застройка Ирбита была уничтожена пожаром. В результате генеральный план города, привязанный в размещении основных объектов к существующей застройке слободы, оказался ненужным. Таким образом, длительность его действия была не более 15 лет, за которые, как можно предполагать, при уровне техники того времени он и не был полностью осуществлён.

Боясь потерять ярмарочную торговлю, жители города обязались выстроить к 5 февраля 1791 года «все торговые вне гостиного двора ассигнованные по проектному плану лавочные ряды, так и на приезд иногороднего купечества и торгового народу пристойное количество домов и квартир», а правительство издало указ о строительстве нового гостиного двора. Трудно сказать, как шло это строительство и насколько оно соответствовало ранее утверждённому плану. Известно только, что гостиный двор был деревянным с 410 лавками и скоро оказался «тесным, ветхим и опасным». В 1802 году началось, а в 1808 году было закончено строительство нового каменного гостиного двора, разместившегося чуть южнее старого.

Строительство каменного гостиного двора вызвало необходимость пересмотра генерального плана города, а вместе с этим определился переход к третьему — «торговому» этапу в жизни Ирбита. Первые вехи нового генерального плана обозначены архивным материалом 1818 года (на который ссылается автор — «пересочинитель» плана 1829 г.). Предположительно им является план без указания даты, подписанный князем Михаилом Долгоруковым, с просьбой к «Его Императорскому Величеству» Александру I о его конфирмации. По этому плану территория города чётко делилась на две части: старую — реконструируемую (с гостиным двором, торговой площадью с мелочными лавками, соборной церковью на месте бывшего кремля и другими значимыми постройками) и новую — с веерообразной системой улиц, ведущих к гостиному двору и к предполагаемой «под строение» каменной церковью у его стен. Имя автора-архитектора написано неразборчиво (маловероятно, но очень похоже, что Иван Лемм).

Конфирмован, т.е. утверждён генеральный план был 11 июля 1821 года. Утверждённый план отличался от плана 1818 года большей конкретностью застройки, привязкой её к местности и изяществом начертания оградительных сооружений (вместо вала или рва забор с двумя рядами деревьев), которые придали характерные контуры его рисунку. Ко времени конфирмации плана отпала надобность в возведении мощных крепостных сооружений. Находясь в стороне от транзитных путей, Ирбит был достаточно защищён окружавшими его крупными крепостями — Верхотурьем, Тюменью, Екатеринбургом. Присутствие оградительного забора с деревьями, что было характерно для планов и других некоторых городов этого времени, определяется традиционным понятием статичности структуры города, они как бы символизируют собой городскую черту.

По новому генеральному плану гостиный двор с торговыми лавками становится главным композиционным центром структуры города. Он сохраняет своё прежнее местоположение, но его некогда прямоугольное начертание сменяется жёстким квадратом в пределах позднее названных Главной и Екатеринбургской улиц (к последней подходила дорога от городов Екатеринбурга и Камышлова). Этот квадрат был зафиксирован и в плане 1818 года.

Заложенное планом 1818 года осевое построение через центр гостиного двора, параллельно мелочным лавкам Торговой площади, с выходом на вертикаль Приходской (Сретенской) церкви и улицу, ориентированную на неё, в плане 1821 года получило дальнейшее развитие. В южной части города по этой оси проектировалась симметрично размещённая Сенная площадь с выходом от неё по оси улицы, ведущей к парадному въезду в город со стороны города Тюмени. В северной части города эта ось, пересекая реку, почти совпадала с въездом по дороге из Верхотурья, что усиливало роль набережной реки Ирбит с Богоявленским собором, казначейством и другими зданиями бывшего кремля. Веерная система улиц, сходящихся к главной улице с гостиным двором, культовой площади при Сретенской церкви, усиливала центричность плана.

Веерная система улиц, намеченная планом 1818 года, имела для города очень важное значение. Она оказалась удобной для жителей, так как обеспечивала наикратчайшие пути из большинства жилых кварталов к гостиному двору. В плане 1821 года она композиционно оформилась: пучок лучей стал максимальным — восемь прямолинейных улиц. В отличие от первоосновы с симметричным построением веера, здесь возникло асимметричное его решение, что определялось приращением территорий города, расширением кварталов с западной, свободной для развития застройки стороны и ограничением прибрежной к реке Нице полосы, а в связи с этим уменьшением в этой части и ширины кварталов.

Не все лучи, а только пять из них, визуально сходятся к одной точке на Торговой площади, но их центростремительность едина. Неуравновешенность веера погашалась кварталами с прямоугольно-сетчатой системой улиц вдоль гостиного двора и Торговой площади и отходящей от них полосой застройки у берега реки Ирбит в старой части города. В результате структура построения плана Ирбита 1821 года достигла полного единства и гармонии, и она наилучшим образом отвечала главному его предназначению — быть ярмарочным центром России.

Планы последующего времени (1827, 1828, 1829,1833 гг.) сохранили принцип построения плана 1821 года, внося отдельные коррективы в связи с конкретизацией застройки. Так, план 1829 года «пересочинялся» по случаю открытия ярмарок. По сути все эти планы с разной степенью проработки повторяли друг друга. Существенные изменения появились лишь в плане 1836 года, подписанном «Быть по сему» императором Николаем I. Из этого плана видно, что территория города значительно расширилась в юго-западном направлении с переходом к прямоугольной сетке улиц. Немного удлинялась в юго-восточном направлении веерная застройка (одна полоса кварталов). Ограждения города получили прямоугольный контур. Сенная площадь стала одним из ведущих градостроительных элементов: она была увеличена более чем в два раза, приобрела трапециевидную форму, на ней вдоль параллельных улиц симметрично разместились четыре корпуса торговых лавок, а в центре было поставлено здание Воскресенской церкви. Но самым значительным изменением стал отход от осевого построения плана, хотя почти все составляющие компоненты структуры города оставались на прежних местах. Произошло небольшое смещение центральной (Николаевской) улицы в направлении к боковой (западной) стороне Сенной площади при сохранении её ориентации на Сретенскую церковь и вход в гостиный двор. Вероятно, это было вызвано удобствами трассировки дороги со стороны Тюмени, так как въезд был ориентирован на ось улицы (Александровской), граничащей с другой боковой стороной Сенной площади и выходящей к восточному углу гостиного двора. Такое решение, несомненно, нарушило цельность первоначальной градостроительной концепции плана, несмотря на то, что центральное ядро вокруг гостиного двора сохранилось прежним. На этом плане (как и в плане 1833 г.) были показаны места для кирпичных заводов, скотобойни и других предприятий, «производящих смрад»; они размещались в специальных кварталах за чертой города.

Последующее развитие генерального плана Ирбита связано со строительством ярмарочных сооружений, поскольку к 60-80 годам XIX века Ирбитская ярмарка достигла наивысшего расцвета. Объём товарооборота в это время составлял свыше 60 млн рублей, а гостиный двор оставался прежним. Возникла острая необходимость в возведении новых торговых павильонов. Новое строительство было закреплено специальным планом центра города в 1866 году.

По плану 1866 года, подписанному архитектором Меркуловым и «Высочайше» утверждённому министром внутренних дел, предполагаемые к постройке каменные лавки заняли почти всю Торговую площадь, свободные участки вдоль боковых сторон гостиного двора и примерно половину Сенной площади. Структура плана, начертание улично-дорожной сети не изменились, но застройка центра города стала чересчур плотной. В результате центр приобретает иной вид.

Общественная жизнь города перемещается на оставшуюся незастроенной торговыми лавками небольшую, треугольную по форме часть Торговой площади, находящуюся в уширении Торговой улицы, вблизи берега реки Ирбит. Самый внушительный фронт застройки треугольника образовали торцы семи одинаковых торговых лавок, близко поставленных друг к другу и симметрично относительно оси плана города, продублированных к тому же вторым рядом аналогичных корпусов. Визуально ось симметрии этих корпусов замыкалась на здании городской думы у берега реки Ирбит. Вдоль других сторон треугольника размещались: на западе — питейные заведения с Торговым домом (пассажем), на севере — старо-кремлёвские постройки у начала Судебной улицы на фоне силуэта Богоявленского собора. Акцент всей застройки площади приходился на Торговый дом (выстроенный в 1858-1864 гг.), фасад которого был обращён к торцам торговых рядов. Позднее в центре площади был поставлен памятник императрице Екатерине II в знак признательности ей в деле учреждения Ирбита городом. Сложившийся ансамбль застройки площади, хотя и был разновременным и разноликим, в целом соответствовал уровню культуры богатого, многолюдного, многонационального «торжища».

О красоте города и его жизни 60-70-х годов XIX века рассказывают гравюры К. Вейермана и Л.А. Серикова (по рисункам О. Майя). Они не раз публиковались в журнале «Всемирная иллюстрация», а в начале XX века повторялись в вестнике «Живописная Россия». Эту красоту раскрывают богатые панорамы города, перспективы его улиц с видами гостиного двора, Торговой и церковных площадей. Во второй половине XIX — начале XX века, наряду с пассажем, было выстроено относительно много интересных в архитектурном отношении зданий, таких как женская и мужская гимназии, почтамт, драматический театр, одно-двух-трёхэтажных купеческих особняков. Город был по-своему представительным и величественным.

Случившийся в Ирбите 27-29 апреля 1879 года крупный пожар нанёс огромный ущерб застройке центральной и северо-восточной части города, о чём также свидетельствуют гравюры «Всемирной иллюстрации». Несмотря на то, что утраченная во время пожара застройка была восстановлена, дальнейшее развитие города фактически приостановилось, так как в конце XIX века значение ярмарки упало и объём торговли сократился. Ирбит был небольшим уездным городом с населением около 6 тысяч человек, в период ярмарок его население вырастало до 100 тысяч человек. Город «одиннадцать месяцев жил за счёт одного ярмарочного месяца, если не считать сравнительно скромной хлебной торговли».

В связи с резкой динамичностью и цикличностью количества населения вся жизнь города была направлена на обслуживание ярмарки. Развивались спиртоводочные, пивоваренные, мукомольные, свечные и тому подобные производства и различного рода промыслы, по своим объёмам и характеру организации они были полукустарного типа. Эти производства не нашли чёткого местоположения в структуре города. Они обычно размещались в жилой застройке, непосредственно при доме предпринимателя. Кузницы, кирпичный завод, скотобойня имели особые места размещения.

Оригинальным, характерным для ярмарок, было построение жилых домов. К середине XIX века они строились уже каменными, высотой в два-три этажа, с богатой отделкой фасадов архитектурными деталями, часто имели большие дворы с флигельными постройками и высокими каменными стенами. В расчёте на максимальное заселение в период ярмарок, дома строили по коридорной системе; первый этаж большинства домов отводился под склады.

Территориальная стабильность города длилась до середины XX века. Она была нарушена только единожды: когда в 1885 году прокладывалась Сибирская железная дорога «Пермь — Екатеринбург — Тюмень», Ирбит соединили с ней. Прокладку осуществили на месте оградительных сооружений города, ограничив тем самым возможности к расширению застройки, что хорошо видно из схемы плана 1945 года.

В годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. начался четвёртый — «промышленный» этап в планировке и застройке города. В это время начали возникать вдоль линии железной дороги различные промышленные объекты (мотоциклетный, стекольный и другие заводы), что вызвало необходимость строительства нового жилого образования вне структуры уже сложившейся исторической части города. С этого времени формирование структуры города и его генерального плана стало определяться другими критериями.

Таким образом, с архитектурно-художественных позиций самым результативным этапом для Ирбита был торговый, он создал ему градостроительный имидж. Архитектурный облик торгового Ирбита — это образец высокого уровня градостроительной культуры первой трети XIX века, времени расцвета русского классицизма. В наши дни Ирбит XVII-XIX веков — это уникальный, неповторимый памятник яркого градостроительного значения, требующий пристального внимания и бережного к нему отношения.